Замок дьявола

– Не думай об этом! Тебе лучше прилечь, – Эдвард поцеловал жену и вытащил книгу из ее рук.

Но в этот момент на кухне раздался сильный грохот, сопровождаемый звоном бьющейся посуды. Удивленные и испуганные супруги тут же бросились туда. Весь пол был в осколках, а шкаф, в котором находилась эта посуда, развалился на несколько частей. Но больше всего Эдварда и Лизу удивило то, что соседние шкафы и полки были целые, но их дверцы были открыты, а сервизы и прочее содержимое, которое там было, тоже валялось на полу.

– Господи, что это? – ошарашенный Эдвард лишь с ужасом оглядывался по

сторонам, не имея ни малейшего понятия, что могло вызвать подобный

беспорядок.

– Эдвард, мне кажется, тебе не следует ввязываться в это дело, слышишь? —

Лиза взволнованно говорила мужу, указывая пальцем туда, где находилась

рукопись. – Отдай ее этому Дункану, и забудем об этом. Она какая-то нехорошая.

– Лиза, дорогая, не волнуйся, это просто совпадение, книга не может ломать

шкафы и бить посуду. Я сегодня же ее прочитаю и потом выслушаю предложение Ричарда, если ты не захочешь, я его не приму, хорошо?

Лиза опустила глаза и покорно кивнула.

– А посуду одна не трогай. Завтра я приду и помогу тебе, – Эдвард поцеловал Лизу и уговорил прилечь.

***

Вечерело, солнце скрылось за горизонт, и огни города один за другим загорались, освещая дороги, здания и рекламные вывески. Эдвард, желая помочь жене и сделать ей приятное, решил втихаря разобраться с завалами и, несмотря на усталость, все продолжал складывать осколки в мусорный мешок, не замечая ни времени, ни темноты.

Вдруг ему почудилось, словно кто-то его позвал. Он, наконец, оторвался от своего дела и замер, вслушиваясь в тишину.

– Лиза? Это ты? – крикнул он, так и не дождавшись повторения того, что

слышал.

Ответа не последовало. Тогда Эдвард встал и, отстранив мешок, направился в гостиную. Там было темно и пусто.

«Хм, странно», – пробурчал себе Эдвард, подумав, что от усталости ему уже

кажется невесть что.

Он сел на диван и, решив немного отдохнуть, хотел включить телевизор. Но

неожиданно под руку ему попалась книга. Эдвард включил настольную лампу и стал безразлично крутить эту рукопись, разглядывая вдоль и поперек. Глубоко вздохнув, он открыл ее на середине, но тут его руки сами собой привели его к самому началу, к самой первой странице, и Фоннейман, сгорая от любопытства, решился начать чтение, пообещав себе, что прочитает лишь пару страниц и пойдет спать.