Софья. Другой мир 2

В администрации только я, кадровик, врач да медсестра, – примолкнув на мгновение, Семен Семенович с неохотой произнес: – Работники возле столовой собрались, опять чего–то требуют. Василий Юрьевич с ними пошел общаться. А я тут, – Твердохлебов испуганно блеснул голубыми глазенками, – порядок в документах обеспечиваю.

– Ясно, – холодно произнесла я, едва взглянув на мужчину. – Ярослав меня сопроводит. Вы же можете возвращаться… к бумагам.

Коротко кивнув, мой воин неторопливо направился вдоль административного здания.

Миновав небольшую, но густо заросшую лужайку, мы пошли в обход древнего храма. Глядя на толстые стены, я в который раз замечала красную кладку в местах, где облупилась посеревшая за долгие годы штукатурка.

«Нужна реставрация, – рассматривая здание, подумала уже не в первый раз. – К концу лета обязательно займусь».

Небольшой, по местным меркам, храм не выглядел унылым или чересчур обветшалым. Но следы времени отчетливо виднелись в змеящихся по стенам тонких трещинах, а часть ступеней, ведущих к центральному входу, была разрушена. Да и в целом его не помешало бы освежить. Проявлять к памяти предков должное уважение я просто обязана.

– Софья, – тихонько окликнула Катенька. Встретившись со мной взглядом, сочувственно поинтересовалась: – В этом храме покоится твоя матушка?

Кивнув, я грустно улыбнулась.

– Здесь с давних времен обретает покой прах всех членов рода бояр Изотовых. Если будет желание, я позже проведу тебя внутрь. Там, – я тепло улыбнулась, – очень покойно. Душа отдыхает.

Осторожно тронув меня за руку, Катенька негромко, но твердо сказала:

– Почту за честь.

Я поблагодарила подругу взглядом, и мы пошли следом за Ярославом. Пройдя по извилистой тропинке, проложенной кем–то посреди густого кустарника, мужчина неожиданно остановился. Быстро глянув на нас, задержал взгляд на мне.

Совсем неподалеку размещался большой, добротный навес, внутри стояли длинные деревянные столы и стулья. Прямо позади летней столовой виднелась свежая кирпичная кладка стен кухни. Однако за столами сейчас мало кто сидел. Стоя перед навесом, крепкие, как на подбор, мужчины, буравили сердитыми взглядами находящегося перед ними Василия.