Софья. Другой мир 2

– Ярослав, ты знаешь, что боярыни вчера в саду закапывали? – поинтересовалась я.

– Разное, – с невозмутимым выражением на лице сообщил воин. Помолчав пару мгновений, чуть улыбнулся и добавил: – Потенциальной опасности нет. С дежурной охраны боярыни стребовали обещание не портить вам сюрприз, – пряча озорные смешинки в зелено–карих глазах, пояснил телохранитель.

– Даже так? – я удивленно качнула головой. – Ну тогда буду ждать.

Тяжко вздохнув, направилась обратно к дому. Следуя за мной, Ярослав притормозил около большого, выложенного из красного кирпича гаража и поинтересовался:

– Госпожа, мы не решились вас будить, а лучшего места я не придумал.

Недоуменно взглянув на крайне озадачившего меня охранника, нахмурилась. Ни о каких корзинах я не имела ни малейшего представления. Следуя своему правилу – лучше увидеть все самой, а не расспрашивать долго и нудно, – я спокойно сказала:

– Пойдем посмотрим, – и решительно направилась к закрытой металлической двери, черным пятном выделяющейся на красной кладке.

Внезапно и непонятно откуда рядом появились еще два воина. Почтительно поклонившись, они застыли недвижимо.

Что происходит?

Я вопросительно посмотрела на невозмутимые суровые лица. Не сказав ни слова, Ярослав предусмотрительно придержал дверь. В темном помещении тотчас загорелся яркий свет.

Переступив порог, я изумленно распахнула глаза.

Отойдя вглубь гаража, Ярослав чем–то пошуршал, а после подошел ко мне. В руках он держал небольшую корзинку с ярко–желтыми, нежно–розовыми и кремовыми хризантемами.

«В Японии это знак власти, достоинства и чести», – машинально отметила, до сих пор не понимая, что происходит.

Чуть сведя брови, проследила за тем, как по бокам от Ярослава встали двое других воинов.

– Эти цветы гораздо скромнее, чем вам прислали, – в голосе охранника сквозила легкая грусть. – Для нас вы олицетворяете именно этот цветок, – он протянул корзинку и с улыбкой добавил: – С днем рождения, госпожа.

– С днем рождения, госпожа, – в унисон ему произнесли мужчины.

Мысленно застонав, я едва сдержалась, чтобы не шлепнуть себя ладошкой по лбу.