С чистого листа

Ух ты, интересная реакция.

Сделав себе очередную отметку, я нахмурилась. Простолюдины, не открывшиеся – слышу не в первый раз. Это кто вообще такие?

Понимая, что этим интересоваться пока не к месту, спросила, как можно невиннее:

– А отец? Чем он занимался?

Замявшись, тетя, казалось, подбирала слова. Неожиданно вместо нее ответил Савелий Андреевич:

– Мой младший брат, Яра, с юного возраста изготавливал артефакты. У него, определенно, имелся талант. Однако его артефакты особым спросом никогда не пользовались.

Впрочем, и сам Владимир не мог гордиться ни известностью, ни авторитетом у коллег. Но о славе мечтал, – сосредоточившись на управлении автомобилем, мужчина замолчал.

Глядя на пустынные по утреннему времени улицы города, я не нарушала тишины. Дядя старался подавать информацию корректно, но и так понятно – Владимир Игнатьев, как профессионал, не был востребован.

За окном машины мелькали дома, деревья тянули сочно-зеленые кроны к небу, по тротуарам спешили редкие прохожие. Я рассматривала город – он казался и знакомым, и в то же время неведомым.

Странное ощущение.

Внезапно Савелий Андреевич вновь заговорил:

– Общался я с Володей редко. Скажем так, мы имели некоторые разногласия в области науки. Наши родители ушли один за другим: сначала твой дедушка, на следующий день – бабушка. После их смерти встречи с братом прекратились. Это случилось шесть лет назад, – остановившись на светофоре, мужчина обернулся ко мне. Внимательно посмотрев, вновь перевел взгляд в лобовое стекло.

 – Не скрою, тебя я практически не видел: много работаю. После смерти твоей мамы поддерживанием родственных отношений с тобой и Владимиром занималась Тамара. А три месяца назад он посчитал, что встреч с членами нашей семьи тебе не нужно. До сегодняшнего дня мы не общались.

– Почему он так решил? – быстро спросила.

– Владимир был сложным человеком, – уклонился от ответа дядя. – Вы жили весьма скромно. Я предлагал помощь – брат не принимал. Подозреваю, из наследства тебе остался лишь ваш полуразрушенный дом, – мужчина глянул на меня в зеркало заднего вида и твердо сказал: – В любом случае не тревожься.

Как и мои дети, ты не будешь ни в чем нуждаться.

Хм-м… Получается, братья не питали особой симпатии друг к другу. Возможно, и правда нашла коса на камень из-за науки. Но тетя-то общалась. Из-за чего же так сильно разругались? Явно случилось что-то экстраординарное.

Сделала зарубку на память. Немного помолчав, поинтересовалась:

– Вы сказали «дети».