С чистого листа

Смысла жариться на пляже не вижу, – усмехнулась девушка.

– Ну так-то да. Просто валяться на песке скучно, – согласно кивнув, я вновь сосредоточилась на еде.

Светлана сделала вид, что пьет апельсиновый сок и увлечена телефоном. Но то и дело она внимательно поглядывала на меня. Конечно, я замечала ее интерес. Однако предпочитала молча есть восхитительно приготовленное мясо. А поговорить мы еще успеем.

– Вот это, я понимаю, аппетит, – Светлана задумчиво оглядела мою опустевшую тарелку.

А я, сыто улыбнувшись, добродушно спросила:

– Раньше такого не замечала?

– Ты утверждала, что не любишь мясо.

Я вообще не видела, чтобы ты его ела, – глядя на меня, Света, казалось, о чем-то напряженно размышляла. Посидев так несколько секунд, предложила: – Пойдем в сад?

Кивнув, я встала и пошла за сестрой. Мы покинули дом через черный вход и направились к прячущейся среди фруктовых деревьев резной беседке. Зайдя внутрь уютной беседки, сестра уселась за деревянный стол. Взяла яблоко из плетеной корзинки, с хрустом откусила.

Поправив полы халата, я устроилась рядом. Вытянула из горки яблок краснобокую грушу, однако есть не стала. Зажав ее меж ладоней, устремила задумчивый взгляд на чудесный сад.

Где-то в ветвях чирикали птицы, солнце ласково пригревало, но в душе не было ни толики радости. Мысли о позабытой жизни, о том, кто я такая не давали покоя. Супруги Игнатьевы, да даже Светлана меня узнавали, но в душе не стихали сомнения.

– Родители убьют, но, думаю, молчать неправильно, – внезапно заявила Света.

Повернув к ней голову, я посмотрела вопросительно. – Мама с папой категорически запретили рассказывать тебе о прошлом, но я-то все прекрасно помню. И вижу, насколько сильно ты изменилась.

– В чем именно? – спросила быстро.

– Взгляд, поведение, манера речи, вкусовые предпочтения, – уверенно перечислила сестра. – Прежде ты бесила одним своим видом, а сейчас вызываешь положительные эмоции. Даже симпатию, – она удивленно хмыкнула. – Если это результат опытов, то, может, оно и к лучшему? – закусив нижнюю губу, девушка отвела глаза.

– Опытов? – подавшись вперед, я напряженно всмотрелась в лицо сестры. – Ты сказала «опытов»?!

Нервно барабаня по столешнице пальцами, Светлана молчала. Затем, видимо, приняв решение, кивнула и начала говорить:

– Моя мама всегда жутко над тобой тряслась. Ярочка то, Ярочка это, у Ярочки нет мамы, о ней надо заботиться, нашу тихую Ярочку надо развлекать, – Света поморщилась.