Женщина на корабле

Володина кухня и тёмно-вишнёвое вино на столе, размазанные по лобовому стеклу машины блики и мама, почему-то в белом, строго глядящая исподлобья.

Лерка проснулась как от толчка. В купе было полутемно и тихо. Поезд стоял где-то посреди поля. Сосед спал, тихонько постанывая во сне. Пахло прокисшим пивом и протухшей рыбой. Лерка тихонько собрала пустые банки и пачки из-под кальмаров в пакет и тихо вышла в коридор, выбросила мусор, помыла в туалете руки и побрызгала водой на лицо. От вчерашних слёз оно здорово отекло и горело.

Вышла в тамбур и прижалась к холодному стеклу лбом. Снова захотелось плакать…

Родной город встретил Лерку солнцем и прозрачно-зелёным кружевом на деревьях. Здесь уже была весна, терпко пахло нарождающейся зеленью, тёплой землёй, молодой травой. В садах горели костры, горьковатый дым стелился по сырой ещё земле. Было раннее утро, редкие прохожие удивлённо смотрели на слишком тепло одетую Лерку, но она этого не замечала, почти бегом преодолевая привокзальные улицы, спешила к дому.

Она толкнула высокую калитку. Асфальтированный двор был чисто прибран, всё казалось обычным, но при внимательном взгляде был заметен лёгкий флёр заброшенности и запустения, покрывающий всё без прикосновения хозяйской руки. На лавочке у входной двери лежала забытая хозяйственная сумка, у крыльца стояла метла, валялся совок. У калитки в сад лежала лопата, испачканная землёй. Такого никогда раньше не было и быть не могло. Лерка подошла к двери в дом, на ходу сдёргивая с себя тёплое пальто, только сейчас она почувствовала, как ей жарко, что она взмокла в своей почти зимней одежде.

Дверь внезапно распахнулась, больно ударив Лерку по протянутой к ручке руке. Она громко охнула, столкнувшись с отцом. Тот застыл на пороге, явно не ожидая увидеть дочь. Лерка увидела, как он постарел, внезапно и сильно. Нездоровый, серый цвет лица, поникшие усы, обречённый взгляд потухших глаз. Он обнял её за плечи, прижал к себе.

– Лерка, приехала… Молодец.

Подожди, постой здесь, не входи. Давай поговорим.

– Папа, что? Что с мамой?

– Всё, Лерка, почти всё. Рак печени, метастазы везде. Ей очень больно, она криком кричит, наркотики уже почти не помогают.

– А когда всё произошло? Почему ты мне ничего не сообщил?

– А не успел, доча, не успел… Всё быстро очень, за неделю скрутило. Так вроде, недомогание какое-то было, уставала она быстро последнее время. Но не жаловалась, полежит чуток, опять встанет.