Я.Жизнь

Разве ты не скучаешь по Сети? По нормальному общению с близкими?

– Думаешь, я потому сижу здесь с тобой на краю мира, что у меня на Земле близких вагон и маленькая тележка? – вопрос риторический, и Тея молчит в ответ. А Мишка продолжает, – По Сети да, скучаю. Но даже удовольствие от погружения не затмит тот факт, что после включения Солнета сюда хлынут туристы и переселенцы.

– Как хлынут, так и схлынут. Сам знаешь, нам до нормальной колонии еще далеко.

– Зато снимут лимит.

Да, об этом Тея забывает.

Она не знает этого ощущения секундомера, который мысленно тикает у всех биоников. Они продлевают контракт на тело каждый год. И каждый год подписка стоит все дороже. Меркантильная защита от перенаселения. Но в колониях ограничения снимаются, как только ты регистрируешься в качестве жителя другой планеты.

– Лимит можно снять и на Марсе, и на Венере, – безразлично отзывается Тея, – там и развлечений побольше. А у нас что делать?

– Ну как, – хмыкает Мишка, – экзотика. Слышал, даже парень твоей сестрицы собрался.

Хороший малый.

Тея морщится.

– Что, Лайк тебе не по душе? – угадывает напарник.

– Не хочу сказать о нем ничего дурного, – аккуратно подбирает слова Тея, – но Лешка тот еще пройдоха.

– Так его Алексеем зовут?

– Ну да, а ты не знал?

– Не, я его только как Лайка знаю.

– Его все так знают. Это еще с хакерских времен.

– Легендарный был чувак.

– Брось, Миш, нет ничего легендарного в хакинге. Тем более, в дайв-хакинге. Это жутко.

– Это жутко круто, скажу я тебе.

Твоя сестра, вон, до сих пор дайвит.

– Не путай теплое с мягким. Она дайв-программист, это профессия созидателя. А дайв-хакинг – это разрушение.

– Но он же завязал? Слышал, он сейчас персональных помощников разрабатывает.

– Давай не будем о Лешке, ладно? Приедет – сам с ним поговоришь о структуре личности. Он как раз к запуску Солнета обещался, на неделю раньше остальных.

Зонд тем временем достигает дна. Тея отставляет недопитую кружку чая, со вздохом откладывает вожделенную булочку – самую настоящую, Кристинка выбила с последней земной поставки, это вам не напечатанная – и берется за манипулятор.

Мишка сочувственно провожает глазами ее руки, потом отбирает манипулятор:

– Давай сам. Лопай свою булку, а то слюной мне тут все зальешь.

Тея сомневается с секунду, потом отдает управление в его руки, а сама вновь впивается зубами в шедевр пекарного искусства, с которым уже мысленно успела попрощаться.