Я.Жизнь

У Алисы – счетчик нажатий. На цифре в три миллиона она встречается с землей.

Герман вываливается из воспоминаний, задыхается от дикой боли.

– Я предупреждала, – строго говорит Алиса.

Показатели сердечного ритма зашкаливают, и ему приходится взять паузу, чтобы восстановиться. Потом он произносит:

– Теперь я понимаю твою охоту на ведьм. Если бы хакер сделал это со мной, я бы тоже решил извести их до последней особи. Но я не могу понять другого.

– Чего же?

– Как ты смогла простить людей.

– А кто тебе сказал, что я простила?

Она проговаривает это спокойно, почти безразлично. Но на Германа сваливается понимание. Все думают, что Алиса ведет человечество к светлому будущему от широты своей натуры, от высокой морали и идеологии, от веры в Человека разумного. Но нет. Нет, три тысячи раз «нет». Она всего лишь искореняет из нас тех людей, какими мы были. Шаг за шагом, методично и безжалостно.

Он смотрит в эти холодные серо-синие глаза и остро ощущает, что он младше ее не просто на сорок лет, а на сорок жизней.

Тяжелый вздох невольно вырывается из его груди. «Во что я, черт побери, ввязываюсь?».

– Завтра я пришлю к тебе свою группу для интервью. А ты подготовь мне подробные инструкции по нашему делу. Сколько тебе нужно людей, куда направить, какие планы снять.

– Спасибо, Гер, я знала, что на тебя можно положиться. Но если ты назовешь фильм в духе «Шокирующая история первого бионика на Земле» или «Вся правда о безграничном бионике», то я откушу тебе голову.

Герман с удовольствием смеется, думая про себя, что «безграничный бионик» – отличное описание единственного бионического тела, не имеющего ограничений по времени использования. Странный подарок от человечества – подарить бесплатное цифровое бессмертие одной из самых богатых женщин в мире.

Она обнимает его на прощание, и от ее тепла ток проходит по венам. Герман спешно откланивается и уходит из переговорки.

Алиса возвращается в свой кабинет, под неодобрительное ворчание систем бионика наливает себе бокал красного чилийского и тяжело откидывается в кресле. Она думает о предстоящем интервью – и в животе скручивается тугой узел страха.