Светлая для наследника

– Можно ещё поспать, – послышался тихий и расслабленный голос Кира, но я тут же напряглась и распахнула глаза, всматриваясь в усталое лицо полукровки.

– Я не должна отдыхать, пока ты…

– Вдруг решила вспомнить, кто ты? – Берхольд криво улыбнулся. Я хотела подняться, но сильная рука прижала меня обратно. – Не время, любимая. Сейчас для всех ты просто напуганная девушка, а не защитник. Учись принимать правильные решения в нужное время. А не наоборот.

Я обессиленно закрыла глаза и снова расслабилась на мягкой подстилке, а Кир убрал руку и поднялся на ноги.

– Вот, милок, водички вам принесла, – тихий шепот откуда-то со стороны, – тут, в ковше. И ещё одно одеяло. Сам-то так устраивайся, а девицу свою укрой, негоже так. Срамота. Без юбки, вот же срамота…

Голос удалялся, словно говорившая отошла, и, завозившись, я снова приоткрыла веки, решив хорошенько рассмотреть сквозь ресницы то место, где оказалась. Низкий, темный потолок, деревянные перегородки, достающие почти до перекрытий.

Я настолько вымоталась и устала, что не сразу заметила, как между двумя перегородками появилась высокая темная фигура. Сама не успела осознать, а тело, будто отойдя от какой-то непонятной мне спячки, по отработанной с детства привычке тут же среагировало: рука метнулась за спину, стараясь нащупать один из ножей. Сообразив, что там ничего нет, замерла, ища другие возможности.

– Это ищешь? – спросил тихо Кир, одновременно подкидывая на ладони оба моих кинжала. В его руке они казались не опаснее зубочистки, но, как говорил наставник, при должном умении можно убить даже веточкой осины. Оглядываясь и, возможно, проверяя, что никого рядом нет, добавил: – Пока они побудут у меня.

Проследив, как короткие лезвия исчезли за поясом его ремня, прошептала:

– Верни.

– Нет. – Он устроился рядом на толстой подстилке из сена. – Если кто-то увидит мою невесту с оружием, сразу заподозрят неладное. Городская девушка не должна срамить своего жениха, носить юбки, а не оружие за поясом.

– Но ты же сам велел…

– А теперь я велю еще и головой думать! – рыкнул он довольно зло.

Медленное движение, и одна рука Кира уже справа от моего бедра, вторая чуть выше, с другой стороны.