Императрица

У него есть деньги на счетах в европейском банке, и он сможет открыть филиал своей компании, например в Курске, а Катя будет руководить этим филиалом.

Катя смотрела на Димона и не могла поверить такому неожиданному повороту событий. Дмитрий объяснял, что ей не надо сейчас искать и вкладывать свои деньги, эти средства есть у него, и они немалые. Ее задача только сохранить и преумножить их, пока вся ситуация не разрешится. Катя согласилась.

Это было похоже на какой-то увлекательный сериал. В тот момент она не думала о том, что ставит под удар не только себя, но и свою семью, что могут вот так же явиться бандиты и уже сурово расправиться с ней и ее близкими.

Дмитрий Петрович в течение нескольких дней оформил на Катю все бумаги. Они ездили в нотариальную контору, Кате пришлось подписывать множество бумаг, некоторые из них она даже не успевала дочитать до конца. Ее вера и преданность руководителю были настолько сильны, что она ни минуты не сомневалась, что он ее не подставит и не подведет.

Через неделю им надо было поехать в Курск, чтобы там, на месте, оформить все окончательно, найти место для офиса.

Лучшего руководителя, чем Алена, для нового офиса Катя не могла придумать. Она знала, что подруга ей предана до гробовой доски, никогда не предаст.

Алена быстро вошла в курс дела. Самым удивительным было то, что она проявила удивительную смекалку и понятливость в сложных финансовых вопросах, словно всю жизнь только этим и занималась.

Самым трудным было объяснить родителям, откуда у Кати взялся этот офис, а главное, откуда взялись деньги. Пришлось пойти на хитрость и объяснить всем родным, что она в тайне ото всех вышла замуж за Димона, и он теперь старается для любимой жены. Родители сначала обиделись, а потом приняли «зятя» с распростертыми объятиями.

Кате не хватало знаний, она не владела многими тонкостями финансового дела, поэтому ей пришлось поступить на вечернее отделение финансовой академии и старательно учиться.

Алена тоже поступила только на заочное отделение этого же вуза, и теперь подруги могли разговаривать на одном языке. Они понимали друг друга с полуслова, им достаточно было даже полунамека, и все становилось ясно и понятно.

Конец ознакомительного фрагмента.