Сильнейшие витязи Энэрнии

 – Обратился Никон к ближайшему служивому, что стоял на страже данного перекрёстка. – Можно попросить вас об услуге?

– Конечно мой принц. – Тут же отчеканил гвардеец.

– Мы вынуждены разделиться с нашей любимой супругой. Не могли бы вы присмотреть за её безопасностью во время нашего отсутствия. Вам ведь уже известно, что избранные обязаны пройти здесь определённый путь. Так вот, моя супруга, будет гулять по указанному маршруту в центре города.

– Конечно, мой принц. Можете не беспокоиться.

– Пойдём, милая. – Беря Усладу под руку сказал Ник, торжествующе глядя на Фара.

Никон просто парил в небесах от удовольствия, вызванного зрелищем лица соперника перекосившегося от приступа ревности. Фар понимал это, видел довольный оскал Тёмного принца, но ничего поделать не мог. Ревность съедала его, нежданной волной нахлынув на разум. Всё, что он мог сделать в этот миг, развернуться и быстро пойти по своему пути, пытаясь унять клокочущие чувства.

Принц тоже не стал смотреть в след повергнутому сопернику, просто пошел вперёд под руку с молодой супругой.

– Сил моих больше нет. – Пронеслась яростная мысль в голове Никона. – Едва выпадет шанс остаться наедине, не упущу его. Сделаю её своей, чтоб этот простолюдин даже помыслить больше о ней не мог. – А вслух добавил. – О, мы уже пришли. Теперь тебе нужно обойти этот квартал.

– Спасибо, за прогулку, хотя в подобном месте её нельзя назвать приятной.

Парень кивнул и пошел своей дорогой, а Услада подождала пару минут и отправилась своей дорогой, повернув на улочку, шедшую между двух кварталов. Она старалась сдерживаться, не спешить, дабы не показывать окружающим своего страха перед подобными местами. Нехотя девушка стала поглядывать по сторонам, рассматривая мимоходом могильные плиты, надписи на мемориальных досках и склепах.

Внезапно её взгляд упал на нечто светлое. Услада присмотрелась и заметила ярко белое строение в глубине квартала, который обходила. Быстро сориентировалась и пошла по тропинке, ведущей к заинтересовавшему её захоронению. С каждым шагом она понимала, внутренний голос не подвёл. Ибо уже через пять минут она стояла на небольшой площади, на противоположной стороне которой возвышался величественный и в тоже время, казавшийся невесомым мавзолей.