Кровавая заутреня

На самом деле от маетка ничего не осталось ещё при родителе Радзимиша, большого любителя карт и хмельных напитков. Радзимиш был безземельным обедневшим шляхтичем и в восстании видел отличную возможность поправить своё положение. На одолженные у приятелей злотые, он купил себе хорошую саблю, конскую сбрую и готовился выступить в поход вместе со знаменитым генералом.

Тем временем Варшава жила обычной жизнью. Новости из бурлящего Кракова ещё не дошли, и гарнизон лениво нёс службу. Всё так же сменялись караулы, больше для соблюдения формы, так же солдаты и унтер-офицеры веселились в корчмах, а старшие офицеры проводили время либо в кругу семьи, либо в салонах знатных горожан.

После двух дней перерыва Кати и Алексей снова встретились в своём укромном садике. Весна уже уверенно вытесняла зиму, радовала солнцем, прогревала землю и пробуждала соки. Почки зеленели и набухали, готовясь выстрелить клейкими крохотными листочками или нежными ароматными цветами. Сияющая Кати подставляла лицо солнечным лучам и поцелуям Алексея.

Надо же такому случиться, что именно в этот день подполковник Кайсаров спешно прискакал домой, чтобы сменить разошедшийся на спине мундир на целый. Главнокомандующий изволит сегодня вечером лично присутствовать на плацу во время построения, а тут такая напасть приключилась. Хвастался подполковник сослуживцам недавно сшитыми на заказ сапогами, нагнулся, чтобы прочность кожи продемонстрировать, да так и замер, услышав громкий треск сукна.

– Это всё твои пироги, Феоктиста, – ворчал Панкрат Васильевич, высвобождаясь из мундира, ставшего ему узким.

 – То с капустой, то с творогом. А нынче пост, между прочим!

– Дык сами ж просите, батюшка, – оправдывалась служанка. – А поститься будем как положено на Страстной седмице. Ужо я вам спуску не дам. А ноне чего уж там, не так уж и велик грех. Без мяса – и ладно. А то ведь и ослабнуть можно с голодухи. Вдруг враги, а вы на ногах еле стоите.

– Ослабнешь тут с голодухи! Ох, уморила! – из спальни донёсся смех Ульяны Назаровны.

Ей с утра не здоровилось, то в жар бросало, то в холод, то земля из-под ног выскальзывала. Вот она и прилегла подремать, а проснулась, разбуженная приездом мужа. Хотела встать, но стены с потолком такую круговерть принялись отплясывать, что Ульяна Назаровна не рискнула. Надо бы лекаря как-то позвать, кровь пустить или пиявок поставить.

– Где ж тут врагам взяться? – возразил подполковник, придирчиво рассматривая извлечённый из сундука почти новый мундир.