Орден Крона. Армия свободы

За спиной тут же возник Тать с грязно-бурым лицом и серебристой повязкой на голове. Пышная борода его была причёсана и выкрашена в зелёный цвет.

– Развлекаешься, мелкая? – он шагнул к столику с угощениями, резво опрокинул стакан и зажевал куриную ножку.

– Тебя послали следить за мной? – без интереса спросила я.

С обеда во рту у меня не было ни крошки, но есть не хотелось. Наоборот, нутро сжималось и сворачивалось от неприятных ощущений, ленты туго давили на рёбра. Но я всё же набрала полную ладонь гладких виноградин и горсткой отправила в рот.

– А чего за тобой следить? – Тать был в весёлом настроении и низко хохотнул: – Ты и так на хвосте целый Квертинд водишь.

– Что с Гриффордом? – я поперхнулась и даже жевать перестала, вспомнив о вчерашнем дне. – Успели вывезти? А если и за вами тоже следили?

– Господин самого Мэндэля перехитрить может, ясно? – хмыкнул Тать и перевёл тему: – Ну, как тебе здесь?

На главной аллее у святилища Нарцины сверкнули вихрем искры, и толпа громко заверещала.

– Скучно, – пожаловалась я. – Никого не знаю. Да и меня, кажется, мало кто знает. Не понимаю, зачем Демиург притащил меня сюда.

– Тише, тише, – вскинулся Тать, озираясь. – Ты язык-то попридержи, мелкая. Не стоит называть господина, даже если нас никто не слышит, – он откусил ещё кусок и указал обглоданной ножкой в сторону: – Вон тот, в шлеме рыцаря, видишь?

– Рядом с витой колонной? – я привстала на носочки, поскольку обзор загораживала дамская маска с высоким пучком ярко-синих перьев.

– Он самый. Молодой князь Велисмунд Веллапольский. Последний из княжеского рода. Приехал тайно на маскарад, чтобы почтить Орден своим присутствием, – Татовский сунул мне в руки бокал вина.

– Почему тайно? – я охотно вовлеклась в сплетню и глотнула напитка.

– Велисмунд поддерживает сопротивление, – Татовский тоже выпил. – Те, кто сомневаются в служении Ордену, могут склониться на нашу сторону, узнав в рыцаре столь могущественного покровителя.

– Всё равно не понимаю, при чём тут я, – я отвернулась, глотком осушила бокал и схватила пирожное с лимонным кремом.

Хмель почти мгновенно ударил в голову. Я крепко зажмурилась, прогоняя внезапное опьянение, и уставилась вдаль – туда, где невозмутимый дворецкий наполнял черпаком бокалы из сверкающей изумрудными гранями вазы. Зелёная жидкость пенилась и пузырилась, однозначно выдавая «полыний шторм».