Орден Крона. Армия свободы

 – Кстати, когда ваша с Куиджи свадьба?

– Мы назначили дату, – просияла подруга. – Отметим прямо в академии, в Церемониальном зале, на двести девяносто четвёртый день от Красной Луны. Весна – отличное время для торжественной церемонии. Ты ведь придёшь, Юна?

– Конечно, – довольно кивнула я и снова уставилась в зеркало. – Ни за что не пропущу свадьбу лучших друзей!

Платье изменилось до неузнаваемости. Стараниями Фидерики я выглядела как настоящая высокородная леди: изящная, аккуратная и очень нарядная. Юна Горст и правда стала похожа на торжественную иллюзию самой себя.

– Спасибо, Фиди! – не стала я сдерживать эмоции и обняла подругу.

– Я смотрю, ты полюбила праздники, – цокнула вернувшаяся мокрая Сирена. – Каково это – отмечать День Династии, которую прикончила твоя мать?

– О боги, Сирена! – рявкнула я самое приличное, что пришло в голову. – Надо было отдать тебя таххарийцу! Или той ведьме, что едва не сожрала нас прямо посреди атхавара! Почему-то, когда я тебе вдруг понадобилась, ты забыла о преступлении Тезарии Горст и охотно воспользовалась услугами сорокиной дочери! – я схватила расчёску и чуть было не швырнула её в подругу, но вовремя одумалась – только угрожающе ткнула гребнем в сторону язвительной леди.

Даже в платье Юна Горст осталась сама собой и при первой же возможности вооружилась. Но впечатление это произвело только на Фиди: она осторожно шагнула назад и опустилась на стул.

Студентка Эстель даже не заметила, в какой опасности находится, и не услышала, как запела боевая сталь в ворохе привычной мне одежды. Она вообще, казалось, пропустила гневную речь мимо своих увешанных серьгами ушек. Мокрые потемневшие локоны прилипли к затылку и щекам девушки, но даже это её не беспокоило. Серебристая лилия задумчиво перебирала украшения в большой шкатулке. Бусы, ленты, кольца, заколки то и дело покидали своё привычное место и с приятным тихим щелчком падали обратно.

От такого невнимания я рыкнула и всё-таки швырнула расчёску, но не в Сирену, а на свою кровать. Троллье дерьмо! Глупо было надеяться, что какой-то браслет исправит наши отношения. Даже мои попытки сберечь её от таххарийца ничего не значили для бывшей подруги. Избалованная леди Эстель не умела признавать ошибок и быть благодарной.

– Только бы он меня не выбрал, – неожиданно обречённо вздохнула серебристая лилия, когда я немного успокоилась.