Переливы тёмно-фиолетовой души

Мне становится неловко, что я так сразу набросилась на него, думая о его злорадстве.

– Но и ваши припудренные нежности было не менее смешно наблюдать.

Чёрт!

– Вот же я дура!

– Согласен.

Я хмуро смотрю на его безмятежное и честное лицо.

– Я постоянно забываю, что ты может становиться невидимкой. А откуда ты знаешь, как зовут мою маму? – Вдруг вспоминаю я тему, на которой прервали.

– Ты слишком быстро забываешь про моё умение обманывать человеческий глаз.

– Ты следил за моей мамой? – мой тон снова звучит угрожающе.

Дейтевиан закатывает глаза, слишком часто он стал это делать.

– Повторю ещё раз, для особо недоверчивых, я не маньяк-извращенец! Я здесь достаточно долго, чтобы всё узнать.

Какой же он высокомерный. Дважды побывал у меня дома, и думает, что уже всё знает о моей семье и обо мне. Хотя может быть и так, жизнь моя не настолько интересна и богата событиями, чтобы долго над ней гадать.

Он молчит, смотрит на меня, и я замечаю, как начинаю утопать в сиренево-лиловой глубине.

– Нужно отнести посуду. – Говорю я и проскальзываю к столу, а затем поспешно покидаю комнату.

Уже почти час ночи, а я сижу рисую, хотя вставать завтра опять рано. Но, по крайней мере, я рада, что меня вновь тянет заняться делом, благодаря которому я становлюсь счастливее и немного увереннее в себе. И всё было бы великолепно, если бы позади меня не находилась подозрительная чёрная фигура.

– Ты собираешься всю ночь здесь просидеть? – спрашиваю я шёпотом, чтобы Ита не проснулась.

– Да.

– То есть ты хочешь, чтобы я совсем не спала? – Я оборачиваюсь и смотрю на парня, лежащего на моей кровати.

– Я тебе мешаю? – спокойно, и видимо не догадываясь, к чему я клоню, спрашивает меня Дейтевиан.

– Конечно! – Шёпот переходит в обычный тон.

Ита ворочается во сне. Я понижаю голос.

– Ты хоть бы сапоги снял ради приличия и гигиены.

Опять закатывает глаза и долго не сдаётся под напором моего грозного, как мне кажется, взгляда, но похоже моя злость вызывает у него только улыбку.

Дейтевиан всё же снимает сапоги. Босой? Демоны что носки не одевают? Какие мощные и уверенные линии ног, с совершенно нетронутой кожей, словно эти ноги никогда и не ходили по этой грешной Земле. Они настолько эстетичны и притягательны, что я как художник, немало времени потративший на изучение особенностей анатомии человека, безумно хочу дотронуться до них, чтобы прочувствовать каждое сухожилие, каждую выступающую косточку.