Последний рыцарь короля

Говорили, что она щедрая, добрая и в то же время скрытная и необщительная женщина. Ее неожиданное воскрешение, спор с мужем, гибель сестры, скандал, после которого она потребовала развода, – все эти события только запутывали того, кто пытался понять ее. Она словно в одно мгновение оказалась открыта всем и уязвима, теперь о ее личной жизни знали, судачили и сплетничали. Кто-то считал, что Анна коварна и хитра, что у нее есть любовник, и она просто хочет освободиться от мужа. Тот факт, что она путешествовала на корабле герцога, только поддерживал сплетни и слухи.

Говорили, что ее любовник – это герцог, и что донна потеряла стыд, но де Базену довольно было взгляда на донну, чтобы понять, что она не любит герцога.

Скорее всего, она путешествовала на его корабле, потому что там плыла ее близкая подруга Катрин. Донна напоминала де Базену наивного ребенка, который совершенно не представляет, что о нем думают остальные. Единственный человек, с кем донна проявляла женскую деспотичность, был несчастный герцог.

Жоффруа де Базен сообщил известие, с которым пришел от короля: на рассвете герцог и его рыцари должны будут присоединиться к норманнскому судну, на котором поедет король. Высадка состоится на западном берегу Нила на острове Гиза, где в 1218 году высадился Иоанн де Бриенн, король Иерусалимский. Герцог поблагодарил за сообщение и тотчас приказал рыцарям готовиться. Потом он пригласил Жоффруа отужинать в их компании.

– Не могу не принять ваше приглашение, герцог. Никто не знает, что нас ждет завтра, возможно, это мой последний ужин, в таком случае, я не знаю места лучше и компании приятней.

– Полноте, сир, вы просто пугаете нас, – засмеялась Катрин. – Уверена, у вас впереди еще немало вечеров, возможно, еще более приятных, чем этот.

Донна Анна сидела чуть в стороне от компании, с детской беззащитностью и испугом на лице слушала рассказы о сражениях. Время от времени она отвлекалась и смотрела на берег, где в темноте мелькали огоньки мусульманских гарнизонов. Ветерок выдернул из ее тугой прически несколько локонов, и они теперь ласково и мягко летали вокруг лица, движимые ночным ветром.

Огромный пес герцога Бургундского медленно подошел к ней и поддел носом руку. Она резко повернулась, словно испугавшись, но потом ласково потрепала собаку. Едва она снова углубилась в раздумье, как собака снова просунула нос под ее ладонь. Тогда донна Анна принялась легонько гладить ее, и собака положила большую голову на колени, усевшись рядом.