Я вернулся, папа. Том 2

-Как там Жулет?

–В порядке,– Отто окинул взглядом дорогу, усеянную трупами.

–А Шип с Коваром?

–Несколько царапин. Ничего серьезного. Вставайте, надо уходить от сюда.

Вставать? Как?

Я передал Розалин в руки отца и, поднявшись, только сейчас заметил что левая нога чуть выше колена располосована в нескольких местах, а левая рука начиная от самой кольчуги и до кончиков пальцев вся изрезана мечами и стрелами. Последняя рана, от кинжала этого молодого самоубийцы, была самой страшной. Она едва не лишила меня пальцев, и будет чудом если они после лечения смогут нормально работать.

–Джейк,– Розалин вырвалась из рук отца и, опасаясь прикасаться к моим ранам, вернула мне на руку браслет. Теплое покалывание от камня отозвалось болью в каждом порезе, и я зашипел. Однако волна тепла быстро меня успокоила и немедленно начала затягивать в сон.

–Я… можно я побуду один пару минут?

Отвернувшись от всех, я снова сел и уткнулся головой в колени. Возможно для посторонних зрителей я сейчас и выглядел жалко, сидя на траве.

–Джейк, как ты?– у меня за спиной стояла Маришь с Амри. Я слышал их шаги, слышал как они разговаривали с Кодо и Отто. Слышал, но сил на то что бы ответить не было. Не было сил даже на то, что бы просто повернуться.

–Милорд, я не могу найти ваш меч,– Кодо протянул мне кинжал, наконец то оттертый от крови, но видя что я не шевелюсь, сам вернул его мне в ножны.

–Он упал в пропасть,– я все же нашел в себе немного сил, и вдруг выставил вокруг себя щит против магии. Тут же нервная пульсация в ранах прекратилась, и из порезов снова побежала кровь. Не отрешаясь от боли, я позволил ей подстегнуть внутренние запасы сил, и медленно поднялся.

Маришь отшатнулась, стоило мне только повернуться. Да и было от чего испугаться. Я был весь залит кровью, своей и своих противников. Даже волосы слиплись ужасными сосульками. Одежда превратилась в лохмотья.

–Я монстр, Маришь… Машина для убийства,– усмехнувшись, я свистнул Блека, и тот, не дожидаясь команды, сам опустился передо мной на колени. Вцепившись коню в гриву, я разве что не упал от боли в ноге.

Чувствуя как ярость снова разгорается внутри, я взобрался в седло, и, кивнув Амри, погнал коня во дворец.