В научных целях

Но посадка на самолет еще не началась, так что у нас есть время, чтобы постоять в очереди к стойке регистрации, – голос определенно был молодым. – Меня зовут Аким.

– Валерий, – ответил автоматически и, нащупав стоящий рядом чемодан, поднялся на ноги. – Вам уже сказали, в чем моя проблема? – Уточнил, прежде чем начать движение.

– Вы полностью слепы, – подтвердил тот, кто прибыл за мной. Я усмехнулся. Аким крепко взял меня за локоть, мягко отобрал ручку чемодана и повел меня в нужном направлении. – Но я хочу предупредить, что у нас такой суеты, как здесь, не будет, – сказал он, когда мы остановились.

– Для меня это будет благом, – усмехнулся я.

Паспортный контроль мы прошли на удивление быстро. Более того, нас проводили в зал ожидания и предоставили отдельные комфортные кресла.

– И давно это у вас с глазами? – Решился спросить меня этот Аким. Голос его звучал молодо, и я предположил, что ему что-то около двадцати лет.

– С рождения. Но в детстве я еще видел. Даже в студенчестве еще неплохо разбирал крупные надписи и прочее.

– Это плохо, – прокомментировал парень. – Было бы лучше, если бы была какая-нибудь травма….

– Почему лучше? – Напрягся я.

– Было бы легче лечить, – легко ответил он и замолчал.

Я тоже помолчал немного. Ровно до начала посадки в самолет. Потом пришлось двигаться, что всегда отнимало у меня немало сил. Лишь когда я устроился в достаточно удобном кресле самолета, то решил кое-что объяснить.

– Аким, вы знаете, меня нельзя вылечить. Вообще. Многие светила медицины осматривали меня, но… чудес не бывает, – я улыбнулся, чтобы смягчить информацию и привычным жестом поправил очки.

– Бывают. Вот увидите, – не согласился со мной парень. – У нас Алиска и не такое может. И надо вас Максу показать. Он что-нибудь изобретет, – отмахнулся он так, как будто это было правдой.

Спорить я не стал. Зачем? Но едва самолет начал движение, как дыхание моего сопровождающего сбилось и заскрипел подлокотник.

– Дышим в четыре такта, руководствуясь сердцебиением. Как в вальсе. Раз, два, три четыре, – решил я помочь. Аким задышал ровнее. – И снова, – повторил я.

Он успокоился лишь тогда, когда самолёт поднялся в небо.

– Спасибо, – кажется, его смутило то, что я заметил его боязнь летать.

– Обычно при взлете бывает неконтролируемая реакция, вызывающая сокращение мышц, – решил пояснить я.