В научных целях

– У всех есть мать, – покачал я головой.

– А у меня нет. Я её ни разу не видел, – грусти его голос, однако, не выдавал.

– Детский дом? – Уточнил я, уже прикидывая план… лечения.

– Нет, – я услышал, что он отодвинул от себя тарелку. – У нас в Березкино есть интернат. Хороший, на самом деле. Директором там работает Карапетов. Мировой мужик. Так вот, он нам там был и за папу, и за маму, и за бабушку с дедушкой. И кормил он нас настоящим мясом, а не вот этой фигнёй.

Я вскинул брови. Значит, в этом Березкино есть интернат с брошенными детьми? Занятно.

– А что еще есть в этом вашем Березкино? – Полюбопытствовал.

Парень хмыкнул.

– Есть школа, есть больница, два магазина, ателье…, – он резко осекся. – Как вы это делаете? – Спросил он через секунду.

– Что именно? – Собрался я.

– Вытягиваете информацию, – Аким что-то едва слышно пробормотал. – Ладно, сейчас расскажу вам быстренько общую информацию, чтобы что-то лишнее не ляпнуть.

И он рассказал. И про Березкино, и про стоящий рядом Май.

– А где я буду жить? – Решил я уточнить. Если в частном доме, то могут возникнуть проблемы в виде порогов и прочих препятствий.

– Не знаю. Возможно, что в бывшем доме Лохматова. Это глава поселка. Он-то к жене переехал давно, – голос парня повеселел. – Но есть и пара новых домов.

– Вероника Родионовна не говорила мне, что я буду принимать в самом здании больницы, – я нахмурился. Неужели мне выделят целый кабинет под работу? Да быть такого не может.

– А где же еще? Но я уверен, что она вам еще много чего не рассказала. Так, – я услышал скрип стула. – Скоро наш рейс объявят. Пора идти.

Я тоже поднялся со стула, вынул из кармана телескопическую трость, расправил её и проверил пол. Однако, Аким подхватил меня под локоть и повел в нужном направлении, уверив, что так надежнее.

В самолете мой сопровождающий снова принялся нервничать, но держался уже куда лучше. И дышал нормально. Надо бы с ним эту фобию проработать, если у меня найдётся время.

На сей раз летели мы дольше, но не так, чтобы можно было успеть устать. Хотя, если бы меня спрашивали, то я бы предпочел поезд. Но билеты на самолет мне купила Вероника Родионовна, так что выбора у меня не было.