Семейное несчастье

К моему удивлению, этот Лёня склонился и прижался губами к тыльной части моей ладони, после чего, как мне показалось, обнюхал мою конечность. Руку я поспешно забрала. И чего он там нюхал? Ой, я же со вчерашнего дня не мытая. Мне бы в душ, наверное, сходить. Вот только есть сильно хочется.

К счастью, мой желудок решил, что он куда приоритетнее немытого тела, и громко заурчал, выдав меня с потрохами.

– Вы голодная, – в глазах мужика промелькнула такая тревога, что мне стало совсем не по себе. Верка детей местных жителей в заложники взяла что ли? – Пять минут, и я все приготовлю.

Он тут же открыл холодильник под окном и принялся выгружать оттуда продукты. Так, судя по всему, готовить он умеет. Это радует, с голоду мы здесь не помрем. Нет, я тоже умею, но не очень хорошо. Точнее, очень плохо. Я, видимо, в маму пошла в этом плане.

Решив не мешать своему неожиданному кормильцу, я отправилась в уборную. Нужно хотя бы лицо умыть, а там раковина есть. В ящике под раковиной нашлась запакованная зубная щетка и какая-то травяная паста, больше похожая на помесь зубного порошка с кремом для рук.

Взглянув на себя в зеркало, ужаснулась. Волосы растрепались, и я больше была похожа на кикимору болотную, чем на саму себя. Не люблю себя такой. Все-таки я считаю, что женщина должна быть ухоженной.

Блин, и почему Вера не послала ко мне какую-нибудь женщину? В этом глухом месте никаких процедур и косметического ухода нет и не будет, так что через неделю я буду совсем страшной. Женщина бы пережила это, а вот мужик будет страдать от такого несовершенства.

Блин, а ведь здесь еще и душа нет и в помине. Что же делать теперь?

На кухню я вернулась в расстроенных чувствах. Вообще я заметила, что меня сегодня бросает из крайности в крайность. То туплю и замираю на месте, то расстраиваюсь, то начинаю копаться в себе. Не люблю себя такую. Но пока было терпимо, я обошлась без слез и паники. Пока не понимаю, почему. Может быть, еще не так много времени прошло? Или вчерашняя капельница помогла?

Я резко остановилась на пороге кухни.

Запах здесь стоял просто обалденный. Леонид суетился у стола, расставляя на нем посуду.

– И это завтрак? – Удивилась я, увидев на тарелках гору бутербродов с овощами и мясом.

– Ну, да, – кивнул мужчина, остановившись. – Вы же хотите есть, – пожал он плечами.

– Но не столько же, – округлила я глаза.

Леонид нахмурился.

– Почему?

Он действительно не понимает? Я же толстая, а если буду много есть, то стану еще толще.