Плохая наследственность

 – Шкаф по адресу нужно доставить через четыре часа. – Строго напомнила я парню. – А диван завтра к восьми утра.

Из того, что было сейчас в наличии выбирать особо не приходилось. Но цвет-то я могла подобрать? Хотя, с этим здесь тоже были приличные проблемы.

Глеб в мебельном царстве выглядел растерянным, а оттого очень забавным. Обычно он такой собранный, строгий…

– Ты больше ничего купить не хочешь? – Он вертел головой, пытаясь понять, куда меня сейчас понесет.

– Хочу. Нужно выбрать кровать, пару полочек, комод, новое зеркало в ванную и кухонный гарнитур.

На подбор самого главного ушло еще полтора часа. Подобранную мелочь мы сразу же сгрузили в машину. Остальное оставили на доставку.

Когда мы появились в квартире, то застали самый разгар процесса. Стены были уже подготовлены, остатки мусора, выброшенного из квартиры, грузились в ГАЗель. Парни из старых вещей иногда такие шедевры ваяют…

– Троф, Троица приехал? – Крикнула я вглубь квартиры.

– Да здесь я. – Из ванной выглянул тощий всклокоченный парень. – Плитку сейчас положу на быстрый клей. Ванна в акриле сейчас сохнет. – Он кивнул в сторону кухни. – Часам к одиннадцати ночи закончу. В семь утра приеду, все подключу и отрегулирую. – Отрапортовал он.

– А плитку где взял? – Прищурилась я.

– У парней. Они недавно ремонт у богатенькой дамочки делали, старый керамогранит аккуратно сбили и мне привезли.

Я заглянула в ванную. Светло-серые квадраты, имитирующие мрамор, аккуратно лежали сбоку от двери.

– Ир, мы решили здесь все окна поменять, а то дисбаланс будет. – Меня тронул за плечо один из тройняшек. – Впрочем, мы их уже заменили, благо оконные проемы стандартные, мелкого сгоняли в строймагазин.

– Хорошо. – Кивнула.

Больше ничего сказать не успела, так как в прихожую ввалилась разношерстная толпа художников.

– Ирка, куда краски грузить? – Спросил Отелло. Нет, его не из-за цвета кожи так назвали, а потому что его родители сетью отелей владеют. Вот такой креативный подход у художников.

– Давай сюда. – Я выбрала будущую комнату Нели, так как расписать ее было важнее.

– Чего делать будем? – Спросил Репинский. А вот у него это фамилия такая. Даже кличку никто ему придумывать не стал. И так все понятно.