Наумовна. Начало

Мешать не хочу. И прекрати называть её жабой, – возмутился парень.

– А как ее еще называть? Глазки хитрые, влажные, ручки загребущие. Найдет вариант получше и сбежит. Знаю я таких, навидалась, – в кастрюле оказался наваристый суп.

– Ба, перестань, а то уйду, – пригрозил ей Миша.

– Иди, – хмыкнула она. – А хотя, нет. Сколько дней прошло?

– Девять, – насупился ее внук.

Она кивнула. Всё правильно. Значит, она почти неделю пролежала, упиваясь своим горем. И Филя ей не просто так явился.

– Теперь можешь идти, – царственно ответила она.

– Ну уж нет, – возмутился Михаил. – Никуда я не пойду, пока не допью кофе.

Вот так и завтракали: Миша пил кофе, Наумовна хлебала суп и посматривала на улицу, где за то время, пока она предавалась унынию, пожелтели все листья. Да уж, надо с этим что-то делать.

Михаил таки сподобился покинуть квартиру, когда Агриппина взялась за посуду. Перемыла всю, поставила кастрюлю в холодильник и осмотрелась. И чем теперь заняться? Сходила в спальню, нашла толстый блокнот и задумалась.

Так же неспеша она подошла к стационарному телефону, стоящему в прихожей. Набрала номер.

– Слушаю, – раздалось в трубке.

– Марька, давай ко мне. Дело есть, – велела Наумовна.

– Ожила, что ли? – Обрадовалась ее подруга. – Сейчас-сейчас, соберусь только. Старость не радость, знаешь…

– Да, и помнишь, ты ногу ломала года четыре назад? У тебя трость осталась? Если найдёшь, то принеси, пожалуйста, – попросила Агриппина, которой в голову пришла одна замечательная идея.

– Трость? – Удивилась Макаровна. – А тебе зачем?

– Придёшь, всё и объясню, – сохранила интригу пенсионерка.

– Ага, бегу уже, – быстро ответила та и положила трубку.

– Бежит она, – проворчала Наумовна и, стерев с телефона накопившуюся пыль, отправилась готовиться.

Макаровна прибежала минут через двадцать. Запыхавшись, ввалилась в квартиру, едва не двинув открывшую ей дверь Агриппину палкой по голове.

– Вот, нашла трость, – протянула она подруге найденное.

– Отлично. Проходи, я чайник поставила, – загадочно улыбнулась пенсионерка и отправилась на кухню.

Макаровна быстро сбросила пальто и сапоги, лишь бы не пропустить ничего важного. Зная подругу, та придумала что-то нестандартное. Гриппка всегда была такой. Она мыслила как-то не так, как все остальные, и видела как-то не так. Более того, Филька, будучи человеком очень образованным и умным, даже записывал за ней некоторые подходы, чтобы потом применить их в науке.