Настоящая Любовь

Через какое-то время луч отцепил меня от себя, и я упала на мягкое облако. В облаке было тепло и уютно, ровно до тех пор, пока я не услышала шаги позади себя.

– Ох, уж эти стереотипы. – Проворчал незнакомый мужской голос. – Каждый раз по облакам приходится пробираться.

Я задумалась. Как же так, в облаках не должно быть звука шагов, а сейчас я их прекрасно слышу. Только подумала, как облака исчезли, и я осталась лежать на теплом и мягком… гранитном полу.

– Мда, со странностями опять. – Вновь послышался голос.

Я обиделась и резко повернулась к говорившему, под ногами которого тут же образовались кактусы. Странный мужчина вздохнул и нафантазировал себе тапочки, ибо до этого его пятки были абсолютно голыми.

– Обиделась? – Ласково проговорил он, как санитар в психоневрологическом. – Имя скажешь?

Я смерила взглядом мужчину, стоящего в милицейской фуражке времен союза. Китель с погонами так же присутствовал на нем. А вот ниже… ниже болталась простыня до колена, образ довершали мягкие клетчатые тапочки.

– А-а…? – Протянула я и ткнула пальцем в простыню.

Мужчина нахмурился и осмотрел себя.

– Ну и фантазия. – Пробормотал он, смутившись почему-то кителя. – То есть так, по-твоему, выглядит официальное лицо небес?

– А как? – Поинтересовалась.

Мужчина вздохнул и поцокал языком, а его одежда сменилась на белоснежную тогу до колена. Он удовлетворенно осмотрел себя. Так вот откуда была простыня…

– Другое дело.

– Л-любовь? – Ответила.

Мой собеседник прищурился.

– Настоящая.

Я пощупала себя руками и кивнула.

– Да.

Любитель тог и тапочек еще раз меня осмотрел и заорал в никуда.

– Досье на Любовь! – И ему в руки упала папка. Он открыл ее. – Любовь Романовна? – Уточнил он. Я кивнула. – Та-ак, спасенных жизней…, добрых дел… Да вы что?

– Что? – Испугалась я.

– Пожеланий: «Да храни вас бог» больше десяти тысяч. А молитв за вас сколько…? – Он покачал головой.

Я насупилась. Что-то я ничей уровень, похоже. Но встать и идти следом за удаляющимся мужчиной мне пришлось. Хорошо, что кактусы к этому времени уже совсем исчезли, а то я тоже была босиком. Только сейчас осмотрела свою одежду. Какое-то платье, типа савана до пят, и все. Белья под ним я не чувствовала.

– А главный – это кто? – Поинтересовалась, догнав мужчину.

– Бог.