Чужая вина

Антон с тревогой посмотрел на Фимку, но потом решительно выдохнул.

– Полкан за последние три месяца нашел на дороге от Мая до Березкино четыре взрывных устройства, пару гранат и одного снайпера. Живого. Так вот, этот человек утверждает, что нанял его никто иной, как Морозов Родион Ярославович. – Пояснил он мне.

У меня лицо вытянулось. Неужели я такая дура, что совершенно не поняла уровня угрожающей опасности. Не зря меня Вера от всего этого давным-давно отстранила. Знала, какая я впечатлительная. Антон, по-видимому, считал по-другому.

– А его можно убить? – Вдруг спросил Ефим абсолютно серьезным голосом.

– Можно. – Так же серьезно ответил Антон. – Но пока нет жертв, министерство обороны не одобрит лицензию на устранение данного лица.

Это стало еще одной новостью для меня.

– На убийство человека здесь нужна лицензия? – Не поверила я своим ушам.

– Да. Но это распространяется только на гражданских лиц, не проживающих на нашей территории.

– Это радует. – Пробормотала я, залпом выпив полезный чай, и поднялась. – Я устала. Все было очень вкусно. Всем спокойной ночи! – Обозначила я свою позицию и поспешила скрыться в своей спальне.

Ефим с Антоном остались за столом. Кажется, мой сын решил выведать у этого парня всю доступную информацию, а Антон не считал нужным что-то скрывать от ребенка, посчитав его достаточно взрослым.

Но больше меня поразила информация о Родионе. Уверена, что Вера и Ярослав знали обо всем этом, но предпочитали молчать, чтобы не травмировать мою психику лишний раз. Неужели я выгляжу настолько слабой? Чувство вины вновь затопило меня. Все носятся со мной, как с калекой, а я и возразить права не имею, потому что сама все это допустила. Я долго крутила в голове эти мысли, пока не забылась тяжелым тревожным сном.

Разбудил меня телефонный звонок. Я в темноте нашарила телефон на тумбочке и нахмурилась. Звонила Зоя.

– Марта Мироновна, извините, что беспокою, но у вашего подопечного мальчика показатели совсем упали. Еще немного и критический уровень будет достигнут. – Быстро проговорила она.

– Сейчас приду. – Я тут же вскочила с кровати и принялась судорожно одеваться. – Господи, лишь бы до утра дотерпел.