Тысяча уловок Вилли Тирэлл

 – Уверен, у вас найдётся множество талантов.

Последний магистрат вызвал у Родиона двойственные чувства. Мужчина без возраста, небольшого роста, худощавый, с бегающим взглядом. Эдакий нервный всклокоченный человечек. И потому сразу вызывает отторжение. Но это только поначалу.

– То есть, алхимик? – уточнил Родион.

– Не совсем, Милорд. Всё же больше аптекарь, – Диибур прятал взгляд и взволнованно сучил руками в карманах. – Лекарства, эликсиры, зелья. По части зелий, должен сказать, что это больше увлечение, эксперименты.

В этот момент Алхимик засветился. Увлечённая натура, он буквально жил в своём эликсирном мире. И ему неважно где, в какой стране, в какой лачуге он будет творить.

– Зелья – это то, о чём я подумал? – заинтересовался Принц. – Яды, отравы всякого свойства?

– Ох, это скучно, Милорд, – зарделся от смущения Диибур. – С моей точки зрения, яды – это примитивная вещь. Убить человека куда как проще, чем влиять на него.

– Как ты на него можешь влиять? Подсыпать слабительного?

– Признаться, мне больше по нраву иное влияние.

Например, любовные зелья. Очень пользуются спросом.

Родион возможно впервые за шесть магистратов удивился.

– Любовные зелья? Это что-то вроде приворотных зелий? Ты серьезно? Выходит, я выпью одну из твоих склянок и полюблю тебя до гроба?

Алхимик наконец остановил блуждающий взгляд на Ригоронце, и было в нём столько сочувствия, что Родион почувствовал себя неудобно, что случалось с ним исключительно редко.

– До гроба вряд ли. Сила зелий не столь велика и ограничена во времени. К тому же требует от участников процесса, как бы это правильно сказать, встречного курса. В указанном вами случае, я бы мог вызвать некое ваше расположение.

Диибур и ратный маг Эрсэн остались при Родионе. Алхимик варил свои склянки для городской лечебницы, а второй обосновался в Тёмной башне, где должен был внушать ужас врагам трона. Маг большей частью обходился без работы, а вот зелье повар изрядно повеселил семью.

Его любовными зельями азартно воспользовались домочадцы, и даже сам Император. Отметили, что зелья действительно работают пусть и очень ограниченно по времени. Забава всем приглянулась, Диибуру выделили в Тёмной башне отдельную комнату под лабораторию, где он мог творить свои эксперименты.

Родион вспомнил о домашнем алхимике только в момент, когда получил очередное утреннее письмо.

– Один день, – прочитал за него Тибель.