Химера Андреевна хочет кровушки

– Сеструха, не надо грязи. Что делать, если чулки порвутся?

– Сексуально их снять, – комментировал Чили от монитора. – Лучше под музыку. Могу подобрать подходящие к такому случаю медляки. Pretty Woman из красотки, и ты в дамках.

– Чили, твой опыт по части цифровых дамочек оставь при себе. Мне проще промышленника свалить апперкотом, чтоб не мучил умудренную бренди старость. Пусть Нина Трофимовна в этом смысле его развлекает, – припомнила Женька пожилую секретаршу шефа.

– Что-то мне подсказывает, что одним ударом такого не свалить, – присвистнул Павел.

 – Рост метр девяносто восемь, вес центнер, двадцать девять лет.

Женька и Витка переглянулись и бросились к экрану, на котором уже светилась фотография южноафриканского промышленника в темных дорогих очках и с сексуальной небритостью дней так на пять.

– Смородина, – жалобно скулила Виталина спустя минуту чувственного созерцания, – точно он? Ничего не попутала? Не женат, детей нет, внешность модели, состояние по разным оценкам всего полтора миллиарда в долларовом эквиваленте.

– Нищеброд, – Чили оттолкнул девиц от экрана, хмыкнул в отросшую бороду и мокнул сухарик в остывший чай.

– Случается же такое, – придушенно стенала Виталина. – Почему ко мне в пансионат не сдают двадцатидевятилетних пенсионеров-миллиардеров? Почему именно в Горный институт? Почему не в приют для животных эдакого жеребца?

Женька почти завидовала самой себе. Пожалуй, стратегия относительно спонсора резко меняется, и просьба Бориса Романовича стать лицом принимающей стороны не смотрится такой уж чрезмерной.

Прибавка к зарплате может и не высокая, но оказаться рядом с таким зверем, уже волнительно. Не завоюешь, так хоть налюбуешься.

– Есть же на свете мужики, – вздыхала Виталина.

– М-да…

Женька наморщила лоб, не дай бог, этот Николай Николаевич попросит почитать ее работы в стиле народного фэнтези, чего, собственно, и добивался Борис Романович. Вслух, с выражением, представила Женька и испытала острое желание разыскать папку и сжечь.

Еще хуже, если попросит продемонстрировать нетрадиционный метод, как говорится, в металле, на местности. Из нее горный инженер такой, что лучше стриптиз под зажигательный медляк.

– Чили, а что за Pretty Woman?

Виталина тем временем прилипла к экрану и изучила все доступные в сети фотографии Баренцева, издавая горькие вздохи сожаления о своей непричастности к Горному институту.

– Слушай, Жень, а может он из этих? Ну, не может быть всё так хорошо.