Химера Андреевна хочет кровушки

Сколько надо?

Женька закатила нетерпеливые глаза и прислушалась к звукам из телевизора.

– Сорок пять тысяч передний зуб. Это если коронка. Если ударю дважды, имплант, сто тысяч. Кто играет в полуфинале, знаем?

– Джокович, – блеснул осведомленностью гость, ибо знал, если завалится на первом простом вопросе, доступа в квартиру не получит.

На этом месте Женька немного смягчилась. Рустик по сути хороший парень, добрый, неглупый, внешне приятный. Но где-то ему не свезло, что-то не получилось. Притом родители очень приличные, добропорядочные люди, потомственные юристы.

К чему ему медицинский, юридический кукушонок в белом халате.

– Так, там ванна после Маргоши еще не остыла. Быстро помылся, там же постирался. Доширак в шкафу. Попробуй только задеть банку с протеином, и деньги на стоматолога отправишься побираться сразу.

Парень счастливо обтекал проем двери и просачивался в квартиру.

– Любимая, твой протеиновый коктейль священная реликвия в кухонном храме. Будь проклят мой вестибулярный аппарат, если я хотя бы коснусь этой святыни.

Женечка, – потянулся он к ней пересохшими губами и получил затрещину по затылку, от которой протанцевал прямо до двери в ванную.

А уже спустя полчаса Рустам вышел из ванной в Машкином махровом халате на голое тело, источая аромат манго и алое. В привычном состоянии Марго непременно закатила бы скандал на злоупотребление халатом, полотенцем и бритвой, но в этот раз она смирно сидела на диванчике, поджав ноги, и бездумно таращилась в экран, где пятый сет подряд мировая ракетка защищает свой титул.

– Рустик, осмотри Маргошу. Как мед работник осмотри, – не отвлекаясь от игры, попросила Женька. – Что-то она хандрит в последнее время, сама не своя.

– Хандрит или хламидит? – ввернул свой медицинский юмор парень.

– Не накликай беду, Сохатый. Будешь так шутить, я тебе сразу после матча рога пообломаю. С Сеструхой так нельзя.

Рогачев собрал волю в кулак, поправил «медицинский» махровый халатик и наклонился к Маргоше.

– На что жалуемся, пациент?

При всей своей невероятной внешности Марго интересовала Рустама, только как сожительница, в хорошем смысле этого слова, любимой девушки.

Самохвал неоднократно пыталась сбить с пути влюбленного идиота, исключительно ради спортивного интереса, добилась случайной связи и испытывала к нему те же снисходительные чувства, что и Женька.

– Рустам Сергеевич, у меня шрам от лапароскопии рассосался, – бесстрастно ответила пациентка.

– Не надо нервничать, дорогуша.