Потерпевший особо крупного размера

Женька задумчиво ковырялась в десерте, когда в ресторан ворвался Рустам, нашел их столик и сел рядом с ней. Лол тем временем доедал очередное блюдо для восполнения своего неутолимого голода. Дракон смерил ху-хромосому лукавым взглядом.

– Мм… паршивый десерт, – заметил первый.

– Вы просто не умеете его готовить, – дерзко ответил второй.

Чем заслужил одобрительный смех. Рустам не дозвонился до Смородинки, но успел перехватить геопозицию по приложению слежения. И сейчас услужливо помогал ей с меренгой «Анны Павловой», и вел одновременный сеанс анекдотов против самого Локи.

А уже в подъезде Рогачев зло уставился на Женьку.

– Я просил только со мной?

– Рустик, это свидание. Сам понимаешь, не очень удобно брать с собой на свидание адвоката, – отмахнулась она и отметила для себя, что за один вечер переняла беспечную манеру от Лола и самой от себя противно.

– Не очень удобно гланды через пупок, а с адвокатом отшивать ненужных кавалеров самое оно, – ворчал тот.

Очень ожидаемо слушать подобное от Рустама. Она уже и не знает, как к этому относиться. С пониманием?

– Он достиг Цашшь, нет никакой опасности, – смеялась она.

– А на свидание он позвал тебя, чтобы потравить анекдоты.

– Именно, он другого и не желает.

– Я скажу тебе, чего он желает, – зло ответил Рустик. – Родить второго, чтобы избавиться от первого. И ты ему в самый раз подходишь для такой рокировки.

– Это почему? – опешила она.

Рустам прижал ее к стенке и серьезно посмотрел в глаза. А потом поцеловал в губы, нагло, нахраписто, страстно.

– Э, Сохатый…

И она почувствовала его запах. Рустам пах старыми книгами, теплой кровью, апельсинами и кожей. Такой родной, безопасный, желанный запах. Он пах мальчишкой из детства и мужчиной, смесь гормонов и чувств, он любил ее, это что-то неуловимое, глубинное, сильное, она почувствовала и прижалась к нему.

– Это хорошо, что ты есть, Сохатый, – слушала она его сердце.

– Уже что-то, – обнял он ее.

– Мне что-то последнее время страшно, – тихо жаловалась она, как маленькая девочка. – Даже не знаю, почему.

– Мне тоже страшно, – признался он. – Потому я… Жень, давай уедем, прошу тебя.

– В Австралию? – уточнила она.

– Уже не уверен, но проверю, – улыбнулся он и поцеловал ее в нос.

– Мне не за себя страшно, – добавила она. – За вас.

Отчет Маргоши замер, так и не начавшись.