Потерпевший особо крупного размера

Егорушка, признайся честно, нашими трудами тебе достался самый спокойный департамент. Маешься от безделья?

Лебедев вызвал всех на обещанную планерку и заперся с незнамками в отдельной…

– Приговорной комнате, – стенала Машка и сразу сползла в кресле.

– Коротко и по существу, – запевал Лебедев. – Мы в полной заднице. На нас катают жалобы три гнезда. Наше гнездо молчит, ни одной встречной телеги. Эдак мы признаем, что по нашей вине все проблемы.

– А может Симеон Ионович заболел? – предположила Смородина.

 – Ты говорил, что помимо младших на перерождение ушли несколько драконов. Может их адвокат…

– В гнезде Кая на метаморфозе один, – ответил Егор Игоревич. – Только Младший пострадал. Остальные живы, здоровы и счастливы. Что в корне отличается от других гнезд. В первом департаменте шесть драконов на метаморфозе, во втором семь, в третьем ещё три. Противостояние вышло на новый уровень, черные дрались, как звери, причем целенаправленно жрали себе подобных, отправляя на перерождение каждого.

Количество погибших химер: пять в первом департаменте, ну и штуки по три-четыре в двух последних. У Кая тоже минус, пока не объявили сколько.

– Ничеси.

– Может им реально пофиг, – Рогачев закинул на стол грязные кроссовки сорок пятого размера и приложил ко лбу холодненький корпус проектора. – Со спец службами они не работают, сам говорил. Ну, и что с ними сделают? По судам затаскают? Да хоть расстрельная статья, рептилоидам по барабану.

– А кто в гнезде становится Младшим, пока главный на перерождении? – интересовалась Женя.

– Хороший вопрос, – кивнул Егор. – Ждём на него ответ от каждого гнезда. Для начала нам бы дипломатов восстановить. Все трое тоже выбыли, а четвертого и не было.

– А кто доносы строчит, тот и дипломат, – хмыкнул Рустам.

– Логично. Тогда со стороны Одина это химера, со стороны Горра это пять старших драконов, а со стороны Вийя лучший адвокат страны, нанятый за неприличную мзду. Кстати, самый дельный вариант. Он нас по государственным судам затаскает со всеми издержками.

Мы Радмиру Всеволодовичу Торопову всю политическую карьеру к четям отправили. Трудно ему омолодиться лет так на пятьдесят и заявить, что омолаживающие корейские маски его в пацана обратили.

– Может шлепнуть адвоката?

– Очень смешно, Рустам Сергеевич, – осел в кресло Лебедев. – Но бездействовать мы не можем, иначе нас признают проф непригодными и заменят к едрене-фене.

– А может мы сами жалобы накатаем? – предложила Витка.