Девушка в красном платье

Здание построено с иной целью, здесь все сделано для того, чтобы радоваться жизни, чтобы гулять по прекрасным постриженным лужайками, встречать рассветы на берегу небольшого озера, где плавают прекрасные белые лебеди.

Здесь природа богаче и ярче, здесь беседки и аллеи, здесь воздух такой, что хочется затянуться его кристальной чистотой и романтической изюминкой. Близ озера располагался скотный двор для увеселения гостей, где за жизнью пернатых и копытных домашних животных могут наблюдать дети, где сельский гомон и сельский запах.

Само здание можно назвать изящным, из белого камня, со множеством окон, которые начинаются с первого этажа. Пусть зима завалит первые два этажа снегом, сейчас, в необычно теплое лето, здесь было восхитительно.

– Смотри, как красиво, – смеялась она.

– Неудивительно, – смеялся он. – Ты здесь, потому красиво.

И поцеловал ее в губы в присутствии спутников и встречающих слуг.

Родион устало развалился в кресле своей гостиной, гладил прильнувшую Скотину и в полглаза наблюдал за суетой слуг во главе с Тибелем.

– Тибель, у меня голова разболелась и скулы. Есть не хочу, принеси отравы. Я слишком старый, чтобы войти в реку любви второй раз.

– Милорд, вы красивая пара. Вилли очень счастлива.

– Я несчастлив, – простонал он и поправил мокрую тряпку на лбу. – Надолго меня не хватит.

– Княжна Вилетта – утонченная девушка, Милорд, совсем не ровня висцийским воительницам. Вы еще успеете сравнить и почувствовать разницу.

– Уже чувствую. Нея носила меня на руках. А что теперь? Вилли вовсе не Зефирка, у меня поясница разламывается, руки дрожат. Зараза такая, проехала на мне до спальни и требовала обзорную прогулку по замку. Я пожаловался на живот, теперь формально я сижу в отхожей комнате.

– Очень может быть, Милорд, это начало большого чувства.

– Гм… Нет сомнений, что все большие чувства именно с этого и начинаются, – ворчал Принц. – Но это чувство я уже сегодня отморожу во время праздничного купания в озере. Причем голышом. Я бесстрашно шагну в воду в компании недоумков и недоумок только ради того, чтобы после Вилли сложила обо мне новую поэму под названием:

Он был у меня, но недолго.