Эфемерия

Я негодующе глянула на тонкие пальцы, болезненно сжимавшие мою руку, а после – на самого слащавого, и он нехотя отстранился. Выпрямился, подобрался и сухо попросил проследовать за ним. Конечно, не забыв извиниться, но так, будто сделал мне огромное одолжение. Мои зубы от раздражения скрипнула, кажется, я зря сюда пришла. Демьян оторвет мне голову.

Я не стала спорить и проследовала из зала в зал, готовая в любую минуту нажать кнопку SOS на часах c GPS-трекером. Конечно, это крайняя мера, которую не хотелось использовать, но если понадобится… Я тряхнула головой, отгоняя плохие мысли и тревожное предчувствие.

Надеюсь, мне удастся вернуться домой целой и невредимой до того, как Демьян обнаружит мое исчезновение.

Я достала из клатча телефон, проверила входящие. Пусто. Значит, Демьян спит. Убирая телефон обратно, я не заметила, что упырь остановился, и наступила ему на пятки. Извинившись сквозь стиснутые зубы, я увидела впереди тяжелые портьеры, обшитые черной бахромой, и замерла.

Как я поняла, это было последнее препятствие на пути к заветной цели.

– Дальше, Варвара, – на лицо Михаила вновь вернулась мерзкая улыбочка, превратившая его губы в кривые растянутые нити, – дорогу ты найдешь сама.

И слащавый скрылся, противно ухмыляясь, будто знал обо мне какую-то особую мерзкую тайну.

Меня передернуло от отвращения, и мне с трудом удалось удержаться от ответной реплики. Такого типа людей я не переносила.

«Шестерки» получались из прыщавых неудачников с заниженной самооценкой, пробивавших себе дорогу наверх лестью и лобызанием чьего-нибудь зада. Главное, чтобы зад был побогаче и попредставительнее.

Погасив угли негодования, я отдернула тяжелую занавесь и увидела широкую деревянную лестницу, спиралью уходящую наверх.

Нет, конечно, лестница была самой обычной, несмотря на покрывавшую ее блестящую глазурь, а вот обвивающие ее живые цветы были ненормальны для подобного заведения, да и вообще для любого заведения, если это не дендрарий.

Медленно поднимаясь, я ощущала тепло лакированного дерева и силу сочных зеленых стеблей, мощными канатами обвивающих перила. Уловила тонкий и терпкий аромат фиолетовых бутонов. Услышала тишину. Как бы старательно ни прислушивалась, звуки из зала сюда не доносились. И если бы не мои каблучки, можно было подумать, что пространство угрожает вакуум. Необычно и так волнующе.