В поисках манускрипта

Когда один хороший знакомый как бы невзначай попросил перевезти большой тяжёлый манускрипт в соседнее королевство за серьёзное вознаграждение, виконтесса Крила Толлет сначала хотела отказаться, но мужчина знал к кому обращаться. Рычаг для воздействия на неё был прост и эффективен. Этой дамочке крайне были нужны деньги.

Жизнь в столице была весьма недёшевым удовольствием, а после смерти мужа красивой и избалованной вниманием аристократке очень не хотелось возвращаться из столицы в провинцию. Она привыкла к столичной круговерти праздников, ей нравилось блистать на балах, впитывать в себя слухи, чтобы потом вплетать свои нити в тонкое кружево столичных интриг, играя не последнюю роль в жизни светского общества.

Муж раньше служил при дворе. После его смерти недовольной вдове осталась скромная, совсем небольшая для жизни в столице пенсия и доход с маленького поместья. Всего лишь!

Денег катастрофически не хватало. Предложение перевезти какую-то книгу за хорошее вознаграждение, якобы просто путешествуя на морской курорт, было весьма кстати.

Несмотря на привлекательность и роскошные формы вдовой виконтессе никак не удавалось связать себя узами брака с каким-нибудь достаточно состоятельным мужчиной, живущим в столице, чтобы вести тот же образ жизни, что и до смерти первого мужа. Столичные любовники часто посещали её спальню, но достаточно состоятельные из них предпочитали жениться на юных и неопытных девицах, а безденежные и сами интересовали вдову только в постели, а никак ни у алтаря.

Знакомый, передавший ей книгу, настаивал, чтобы виконтесса путешествовала хорошо охраняемыми каретами с сопровождением большого количества охраны. Однако Крила легкомысленно решила сэкономить, поверила безответственной болтовне своего другого столичного приятеля, что, мол, дорога на Кром безопасна, и за два дня ничего не случится, и прогадала. Деньги остались при ней, а вот ценный манускрипт она потеряла. И что теперь делать?

После вчерашней суматошной гонки и осознания, что весь багаж пропал, пассажиры доехали до этого постоялого двора, где перекусили в унылом молчании и на жалобно скрипящей карете всё-таки все уехали в Кром.

Кром был совсем рядом, до него оставался всего час быстрой езды.