Узоры на ковре

Выходит, что со стороны Кейта это была всего лишь игра? Просто пари? А она так глупо повелась?

– Давай посмотрим последний кристалл! – блондин резким движением сгрёб со стола в сторону бумаги и освободил маленькую выемку – гнездо для инфокристалла. – Где там твоя недотрога с лечебного? Думаю, те приворотные цветочки не подкачали и ты смог её распечатать. Ну что, получил согласие и хапнул у неё магии? Она ведь точно была девственница?

Голос блондина сочился жадным нетерпением.

Кейт пожал плечами, качнул головой, однако промолчал.

– У вас что, всё в парке на скамейке произошло? – продолжил тараторить блондин гадко ухмыляясь, вытаскивая из шкатулки чуть посверкивающую каплю инфокристалла. – Она же к нам в общежитие ни ногой, да и тебя к себе ни разу не приглашала. Комары вас там в парке не заели? Ха-ха-ха!

– Не заели, – криво улыбнулся Кейт. – Сюда пришла. Кристалл тут был, в комнате. Было темновато, но я просто усилил чувствительность записи.

– Он врёт! Никуда я не приходила! – чуть не выкрикнула Грида, однако в последний момент сдержалась, до боли вдавливая в ладонь ногти.

Между тем, под ловкими пальцами блондина кристалл скользнул в гнездо и над столом возникла небольшая объёмная картинка.

Сразу стало ясно, что координаты записи Кейт задал инфокристаллу вполне продуманно. Ракурс был настроен так, чтобы с одной стороны ему не сиять перед зрителями голым задом во время показа своего «доказательства», а с другой, чтобы сомнений в его активном участии в процессе не возникало.

А вот в центре изображения, занимая собой почти весь объём, в сладкой истоме упоенно отдавалась страсти сама Грида.

Она была полностью обнажена. Ладони Кейта гладили и ласкали её грудь. Глаза девушки были закрыты, волосы разметались, а мягкие ритмические толчки сотрясали её тело.

Мужчины зачаровано застыли, во все глаза наблюдая за этой сценой.

– Как сладко, – шелестели распухшие от поцелуев девичьи губы. – Быть с тобой наслаждение-е-е-е…

Эта постыдная запись демонстрировалась недолго, наверное, с полминуты, однако Гриде, застывшей за зеркалом, показалось, что её личный позор тянется целую вечность. Она словно очутилась в полном жгучего стыда кошмарном сне, и этот кошмар никак не желал заканчиваться.

Внезапно картинка исчезла.