Капля времени

Обшивка застонала от этих крепких объятий, а потом всё стихло.

– Прибыли, капитан. Закрепились удачно, – доложил Друрри. – Не сорвёмся.

– Нейси, выпускай, – скомандовал капитан, не отрывая взгляда от экрана.

Я шевельнула пальцами по панели, что висела у меня перед глазами, и на Загадку, словно рой ос, вылетел рой маленьких мобильных роботов – наблюдателей, похожих на крошечных насекомых.

Поток полезной информации о странной Загадке от их датчиков потёк к искину, а уже потом, очищенный от всякой лишней шелухи, попадал на панорамный экран.

Рой медленно втягивался в щели, исправно присылал данные и докладывал о происходящем. Пока всё шло штатно.

– Достаточно общего обзора. Нейси, направляй их в каверну, – скомандовал капитан.

Я тронула панель, и на большом экране стало видно, как мои механические осы собрались в облачко, словно настоящий рой насекомых, подлетели к тёмному зеву каверны и потихоньку втянулись внутрь.

– Нейс, дай вид изнутри.

Экран моргнул, и искин переключил на него на данные, поступающие от роя. Теперь мы как бы плыли в полутёмной пещере вместе с нашими маленькими наблюдателями. Мои подопечные прекрасно обходились и без яркого прямого света, используя крохи отражённого. К тому же они короткими импульсами как иглами протыкали вокруг себя пространство, отслеживали отклик и исправно передавали данные искину, который услужливо на панорамном экране разворачивал перед нами открывшуюся картину, переводя полученные данные в спектр, видимый человеческому глазу.

Вся команда затаила дыхание. Был слышен только чёткий голос Бера, отдающий приказания:

– Чуть направо… Теперь левее… Теперь вверх.

Рой послушно осматривал неровные стены пещеры. Вход в неё был небольшим, а вот сама полость внутри Загадки оказалась достаточно объёмной.

– Ну и где твои геометрические линии, Нейси? – прошептал Териос, будто кто-то в этой пещере нас мог подслушать. – Что-то я не вижу ни одной.

Прямо в этот момент перед нашими глазами на экране возникла плоская массивная, в метр толщиной, плита, упирающаяся в стену. Часть её была обломана и даже раскрошилась. Однако то, что когда-то она была ровной и круглой, не вызывало сомнений.