Оборотень

– Заявление поступило от твоих родителей…

– Они же его отозвали! – тревожно как-то стало от его слов.

Он смотрит на меня и с сожалением мотает головой, давая понять, что они ничего не отзывали. Тело стало каким-то ватным, воздуха не хватает. Обидно и больно, самые родные, а с тобой, как с врагом. Неужели это все из-за той ночи в лесу с волком? Это они такой способ нашли меня разлучить с ним?

– Мне почти восемнадцать, они уже не вправе решать мою жизнь! – еле выговорила, пытаясь скрыть сдавленный голос.

– Через месяц восемнадцать, Эмили, – уточнил, будто я не знаю. – Как раз подходит конец второго срока твоего лечения.

– И меня выпустят только через месяц? – он кивнул головой в ответ. – И вы подтвердите мою полную вменяемость? – он снова кивнул, словно скрывая важные ответы от чужих ушей. – Ответите честно? – смотрю на него, прищурившись, если честно, то не особо доверяю ему. Скрытный и постоянно чего-то не договаривает.

– Дать клятву Гиппократа? – хитро сверкнул взглядом.

– Вы сами считает меня нормальной? – смотрю в глаза, пытаюсь выловить все их движения, если вдруг он решит уйти от ответа. Все смущение отодвигаю в сторону – нагло жду ответа. Ясного и честного ответа.

– Для этого у меня есть ещё целый месяц, Эмили.

– Ну конечно, – усмехаюсь нервно от напряжения. – Как я могла рассчитывать на иной ответ! – по телу пробежали раздражающие мурашки.

– Всего лишь месяц, – снова откинулся на спинку, склонил голову на бок и странно покосился.

Я уже где-то видела такой взгляд со звериной привычкой наклонять голову на бок. Сердце забилось тревожно, в душе пробежал холодок. Сладкие воспоминания, приятные, но очень далекие и уже не реальные. Но встали перед глазами, словно кино и кадр на паузе. Черт! Как в живую всё. А мне казалось, что я эти чувства тоски по нему глубоко захоронила.

– Мне не пережить этот месяц, – произнесла беззвучно поднимая взгляд на окно.

– Месяц – это не так много, – тут же мне в ответ и пристально на меня.

– Что? – это он ответил на мои слова?

Совпадение. Он не мог их услышать. Или я снова начинаю гнать или у него сверхъестественный слух?! Ну как же… стоило мне вспомнить о моем волчонке, как тут же мне повсюду теперь мерещиться мистика.