Бездушные

Мысль о том, чтобы сделаться хоть немного похожим на этого типа, так же неприятна Коннору, как пинок в пах. А что до того, чтобы остаться в Хартсдейле, то такое ему и в худшем кошмаре бы не приснилось. Однако несмотря на всё это, Коннор умудряется изобразить самую тёплую улыбку, на которую только способен:

– Ты сказал, что хочешь подружиться, а я даже не знаю твоего имени.

Его собеседник обижается:

– Оно было написано на моём значке в магазине! Не помнишь?

– Не заметил.

– Не заме-етил! Мужик, в твоём положении нужно быть более наблюдательным.

Коннор ждёт, пока его захватчик не называет себя:

– Арджент. Серебро. По-французски это слово означает «деньги» . Арджент Скиннер к твоим услугам.

– Из Вичитских Скиннеров.

Арджент вздрагивает, голос его полон подозрения:

– Ты слышал о нас?

Коннора так и подмывает поводить его за нос, но он вовремя соображает, что Арджент не обрадуется, смекнув, что над ним смеются.

– Да нет. Ты только что сам упомянул.

– А, ну да.

Теперь Арджент просто стоит и лыбится. Наверху лестницы открывается люк, и кто-то спускается по ступенькам. Это молодая женщина, похожая на Арджента, но на пару лет старше, выше и рыхлее – нет, не толстая, просто немного грузноватая и бесформенная, в некрасивой, старомодной одежде и с ещё менее осмысленным выражением лица, чем у Арджента, если это вообще возможно.

– Это он? Мне можно на него посмотреть? Нет, это правда он?

Внезапно поведение Арджента меняется.

– Заткнись, дурёха! – рявкает он. – Хочешь, чтобы весь мир узнал, кто у нас в гостях?

– Прости, Арджи, – говорит она, ссутулив широкие плечи.

Коннору не составляет труда понять, что это старшая сестра Арджента. Ей года двадцать два – двадцать три, хотя ведёт она себя, как маленькая. Да и лицо девушки, безвольное, туповатое, свидетельствует, что её слабый ум – не её вина, хотя Арджент явно придерживается иного мнения.

– Хочешь поддержать компанию – тогда брысь в угол и сиди тихо! – Арджент поворачивается к Коннору: – Грейс вечно орёт, аж стены гудят. Не понимает, что в помещении надо разговаривать потише.

– Но мы же не в помещении, – возражает Грейс. – Штормовое убежище во дворе, а не в доме.

Арджент вздыхает и трясёт головой, посылая Коннору преувеличенно страдающий взгляд:

– Не, ну скажи, это разве жизнь?

– Не жизнь, – соглашается Коннор.