Человек-паук. Последняя охота Крэйвена

– Тигр, признай, уж в разговорчивости-то ты всегда срываешь банк.

Они придвинулись друг к другу. Питер обнял Мэри-Джейн, нежно поиграл с её волосами и откинулся на подушку. Девушка прижалась к его груди, не обращая внимания на лёгкий запах пота и страха. Этот запах – побочный эффект тяжёлой борьбы с самыми опасными преступниками Нью- Йорка.

«Мой парень – Человек-паук, – вновь подумала она. – Питер Паркер – Человек-паук». Мэри-Джейн с трудом сдерживалась, чтобы не улыбнуться во весь рот.

– Не волнуйся, я рядом.

Она почувствовала, что Питер улыбнулся. Глубоко вздохнув, он взял её руку и положил себе на сердце. Оно неистово колотилось, и Мэри-Джейн поняла: что бы она ни говорила, Питер всегда будет за неё бояться.

Мой парень – Человек-паук. В её сердце закралось сомнение. Мэри-Джейн ещё раз вспомнила спокойное и загадочное лицо Бетти Лидс и задумалась, не испугается ли она сама, несмотря на все свои уверения и показную храбрость.

Глава третья

МНЕстрашно.

Обнажённый Охотник сидел на блестящем чёрном полу посреди пустой комнаты. Пол пришёл в движение, его поверхность цвета эбенового дерева зашевелилась, стала подниматься, изо всех углов просторной, стерильной комнаты будто покатились волны. «Мне страшно», – думал Сергей, сидя неподвижно среди целого моря пауков. Они спускались с потолка по мерцающим нитям паутины, садились ему на плечи, ползали по спине, забирались в волосы, а потом сползали всё ниже, пока не сливались с массой своих сородичей на полу.

«Я боюсь. Охотник боится», – осознавал Сергей. Тысячи маленьких мохнатых лапок бегали по его телу, бесчисленные нити паутины покрывали его волосы, глаза и лицо. Он по-прежнему ждал, лицом к лицу со страхом, постепенно утопая в море пауков.

«Я боюсь, но боюсь не Паука. Не боюсь Зверя. Боюсь конца. Однако всему на свете приходит конец». – Он кивнул, стряхнув пауков, кусавших его лицо и шею. На смену упавшим тут же пришло вдвое больше.

Сегодня.

Неожиданно Сергей резко отпрянул. Его пальцы будто бы превратились в когти хищника, он со скоростью льва и яростью тигра стал пригоршнями хватать пауков и запихивать в рот.