Школа для взрослых 2: Эффект бумеранга

В следующий момент появилось ощущение, будто бы сильно ударили в нос – просто потерялся на мгновение в пространстве. Постарался изо всех сил держать равновесие. Меня зашатало из стороны в сторону. Меч я уже выронил не в состоянии держать. Как бы ни старался, не смог устоять на ногах и упал на землю спиной. Пока ещё пребывал в сознании, у меня, вероятно, начались галлюцинации и бред, ведь я увидел над собой Лию. Она подошла, склонилась и с сожалением произнесла:

– Ван, ну что же ты так неосторожно… Придётся тебя опять лечить.

В знак отрицания этого бреда я медленно помотал головой. Говорить не хотелось совершенно, да и просто не мог. Лия что-то ещё сказала, но я уже ничего не слышал. Потом и зрение пропало. В итоге просто отключился, хоть и старался не терять сознание до последнего. Или умер…

Глава 18. Рийзе

– Субординацию соблюдай, – бросила Солая.

Видимо, моё обращение её несколько взбесило – вино в руке заиграло ярко-голубыми искрами. Я надулась. Всё-таки инквизиция бесчеловечна в своих методах.

– Вино обычное? – спросила я, протягивая руку к тягучему, бордовому напитку.

– Вполне, – ответила Марианна, изучая жидкость на свет. – Даже я бы в старые времена не побрезговала. За тебя, Ри. Поздравляем.

Звон встретившихся бокалов наполнил комнату поющими нотами. Мы выпили и сели.

Я жадно вцепилась в мясо, соорудив многослойный бутерброд на тонком ломте свежего хлеба.

– Меня интересует один-единственный момент: каким образом вы появились в лагере, не вызвав подозрения у остальных? Ава тоже неглупа, и вся наша четвёрка вызвала бы у неё вопросы, но она приняла вас за заключённых.

– Ну ты тогда ешь, а мы расскажем, – глядя на меня, ответила Марианна. – Думаю, открытием для тебя не станет, что мы не чужие люди в нашей славной службе инквизиции?

Я мотнула головой – рот был занят пережёвыванием сочнейшего, вкусного бутерброда.

– Мы были у Курта на подхвате, – начала Солая. – За Авой особых грехов не водилось, кроме того, что она была любовницей Грусиуса. Все остальные, как один, её выгораживали, а Курту нужна была доказательная база. Поэтому её распределили в наш изоляционный лагерь.