Несломленная

Дело дошло до того, что мой голос просто напросто охрип, а ноги, не перестававшие долбить широченную железную дверь, начали болеть.

– Выпустите меня отсюда! Эй, меня кто-нибудь слышит?! Вы не имеете права меня здесь держать! – Я обессиленно рухнула обратно на кровать.

– И что за жизнь у меня началась?! – Я горько усмехнулась. – Интересно, это когда-нибудь закончится? – спросила я у пустоты, и сама себе ответила: – Нет, – и удрученно покачала головой. – Ничто уже не будет как раньше. Теперь все мечты о нормальной жизни можно выкинуть в мусорное ведро.

Я никогда не окончу школу, не поступлю в институт, не найду хорошую работу, не полюблю нормального парня и не выйду замуж. Не нарожаю кучу шумных ребятишек и не заведу собаку… ну ладно, без собаки я еще смогу обойтись. Короче говоря, многое из моего списка никогда не сбудется.

Я хмыкнула. В нынешнем моем положении мне только остаётся верить, что я проживу больше, чем один день, и не умру с мыслью, что моей семье, друзьям и близким угрожает опасность.

С тех пор, как я очнулась в этой камере, прошло, по моим ощущениям, не меньше суток, хотя, может быть, и меньше, но на горизонте появился свет нового дня. Лучик солнца хотел протянуть мне свой дружественный свет, но не смог пробиться сквозь грязное стекло.

В томительно-нервозном ожидании минуты превращаются в часы пытки, от которых я начинала сходить с ума. За все время я не смогла сомкнуть глаз, так как где-то за стенами слышала шуршание какой-то живности, которого я панически боялась.

Если бы Лидка в детстве не пугала меня тем, что ночью могут прибежать крысы и отгрызть мои конечности, то, может, я была бы чуточку спокойнее. А так я находилась на пределе.

Услышав очередной характерный шум, я с испугом посмотрела на дверь и не сразу сообразила, что это не крысы, а человек, который подошёл к моей камере и остановился. Не зная, бежать ли к двери и орать или ничего не предпринимать, я выбрала второе: отползла к противоположному углу и с бешено колотящимся сердцем устремила взгляд на дверь.

Ключ в замочной скважине сделал пару оборотов, замок с глухим щелчком отворился, и на пороге я увидела сероглазого.

Парень был не менее высок, чем Велиар, и потому его присутствие заняло все пространство помещения, даже я сама показалась себе лишней. Он был без маски, и я смогла полюбоваться его на удивление приятными и решительными чертами лица.