Зачем ты сожгла «Барракуду», Минди?

– Мы договорились называть эту му… эту тварь диморфодоном, – кашлянув, напомнил Александру майор Заслон.

Раздалось еще несколько смешков. Генерал Муха обвел всех грозным взглядом и все тут же смолкло.

– Просто на тот момент я еще не знал, что это диморфодон, – пояснил Александр. – Мне показалось, что это какая-то огромная му… насекомое. Итак, эта му… эта тварь… этот диморфодон летел прямо на меня. У меня мгновенно сработал инстинкт – я свернул газету, и тут… этот диморфодон будто чего-то испугался. Он замедлил свой полет, что позволило мне лучше прицелиться и ударить его газетой.

– Второй удар оказался для диморфодона летальным, – шепотом подсказал Александру майор Заслон.

– Так точно – второй удар оказался для диморфодона летальным. Сдох он, в общем. Я рассмотрел его, и решил пока не выбрасывать, чтобы после завтрака показать жене.

– Скажите, а когда диморфодон замедлил свой полет – до того, как вы подняли газету, или после этого? – поинтересовался майор Заслон.

– Дайте-ка подумать, – зажмурившись, Александр попытался восстановить точную хронологию тех событий, потом открыл глаза и воскликнул: – Вспомнил! Только я поднял газету, как он тут же замедлил свой полет.

– Из этого окончательно следует, что не Александр с его похмельным синдромом, а именно газета стала причиной столь странного поведения диморфодона, – резюмировал майор Заслон.

– Что ж, логично, – побарабанив пальцами по столу, согласился генерал Муха. – Неужели запах типографской краски напугал эту тварь? Нам, что, придется завалить город и окрестности тоннами типографской краски?

– Если позволите, господин генерал, у меня есть некоторые сомнения по поводу причастности типографской краски к внезапному испугу диморфодона, – сказал майор Заслон.

– Излагай, – кивнул Генерал Муха.

– Александр нам сообщил, что это была несвежая, вчерашняя газета, а значит, она уже не имела выраженного запаха типографской краски. К тому же, диморфодон замедлил свой полет на некотором расстоянии от Александра с его газетой, и это еще больше заставляет нас сомневаться, что именно запах типографской краски напугал диморфодона.

– Тогда что напугало эту тварь? – спросил генерал Муха.