В романе, который я написала, я переродилась свиньей

Плюс ко всему, это был больше не роман, а вполне реальный мир, где все люди были живыми и имели свои эмоции.

– Извините… – неловко попросила прощения я, – Больше так не буду.

Архимаг усмехнулся, и исподлобья на меня посмотрел.

– Ладно, – махнул он рукой, – Все равно, я уже привык. Можешь обращаться ко мне, как хочешь.

Он слез с кровати, и принялся натягивать свои синие башмаки.

Я потупила взгляд, наблюдая за его действиями.

– Хочешь что-то сказать? – спросил он, устав от моего пристального взора.

– А разве свиньям можно во дворец? – неуверенно спросила я.

– Со мной, можно, – утвердительно ответил старик, почесав макушку, – Никто не скажет слова главному архимагу, так что не беспокойся.

Его слова успокоили меня.

– Ну, значит, мы можем идти? – сказала я, с копытами забравшись на стул.

– Можем, – кивнул архимаг, – Дай мне минуту, чтобы одеться.

– Полминуты, – возразила я.

– Эй! – он возмутился, – Когда я сказал, что ты можешь обращаться ко мне как хочешь, я не имел ввиду, что ты можешь мне хамить!

– А мне показалось, что именно это, – заметила я.

– Глупая свинья!

– Хм. Пожалуй, ты прав.

Я криво улыбнулась, и на этом наш спор закончился.

***

Как только архимаг собрался, мы вышли на улицу, и мне в рыло ударил приятный утренний ветерок.

Сегодня была чудесная погода. Ласковое солнце пригрело землю, и оттого, ступать по ней копытами, становилось вдвойне приятней. Щебетали птицы, а небо было чистым, без единого облачка.

Ничего не предвещало беды, и я, почти вприпрыжку, вместе с архимагом, направлялась в сторону дворца.

Тот ещё зевал, и был явно недоволен тем, что я потащила его в такую рань. Но я совершенно не обращала внимания на его претензии.

Это была месть за то, что утром он отказывался просыпаться.

Вскоре, перед нами предстал величественный Красный замок, каждый раз, при взгляде на который, у меня невольно вырвался вздох восхищения.

Прежде чем войти внутрь, архимаг жестом указал мне, чтобы я шла позади него, что я и сделала.

Мы вошли в огромный, но, на удивление, почти безмолвный холл дворца, где из всех людей, были лишь стражники и пара служанок.

Стража узнала его, и вмиг расступилась, открывая дорогу.

Меня они одарили подозрительным взглядом, но, увидев, что я была в сопровождении архимага, ни сказали ни слова.

Похоже, он сказал правду насчёт своего авторитета.