Одичалый мир

Он не может забраться на борт, очевидно силы покинули его, но он продолжает с безумством обречённого цепляться за жизнь.

– Есть бог! – Виктор едва не поцеловал женщину и погрёб к резиновому борту.

Но едва он коснулся цепляющегося за верёвку человека, как тот вскрикнул, лицо исказилось в гримасе ненависти. В диком порыве мужчина отмахнулся веслом. Виктор с трудом ушёл из-под удара и едва не захлёбнулся от морской пены.

– Это моя лодка… прочь! – мужчина вновь целит веслом.

– Послушай, мы не собираемся её отбирать.

– Она не выдержит всех… прочь! – вновь свистит весло, но на этот раз значительно слабее, силы у этого человека на исходе.

– Мы же погибнем, – прерывающим голосом произнесла женщина.

– Мне нет до вас никакого дела, но если приблизитесь… раскрою головы этим веслом, – не сдаётся человек.

– Ты не прав, подумай своими мозгами, самостоятельно взобраться ты не можешь, только мы сможем тебе помочь.

Не увидев отклика, мужчина осторожно отпускает женщину и тихо обращается к ней:

– Сможешь продержаться некоторое время одна? – женщина кивнула. В её глазах загорелся упрямый огонёк, и появилась ненависть.

– Вы сами издохните, а я потихоньку догребу до берега! – в словах мужчины было столько враждебности, что по спине у Виктора пробежал леденящий холодок, но и злость вспыхнула с новой силой.

Не сводя с него взгляда, Виктор подгрёб с другой стороны. Взметнув морскую пену, с шумом опустилось весло. Тогда Виктор сделал другой манёвр. Вновь удар веслом, но значительно слабее. У мужчины стремительно уходят силы, но он с непонятным безумством отгоняет Виктора от лодки. На десятый раз человек уже не смог поднять весло. Виктор выдернул из его рук и попытался схватиться за верёвку, так как и сам был на гране бессилия, но тот стал сильно лягается.

– Что же ты делаешь? Пусти, дай влезть, а мы поможем тебе взобраться!

– Прочь! – человек неожиданно вцепился зубами в горло Виктору и забрал весло.

Вода окрасилась кровью, становится дурно и Виктор едва не потерял сознание, но вывернулся и отплыл в сторону. Хочется ругаться, растерзать, эту сволочь, но тот мужчина словно обрёл второе дыхание и его весло снова занесено для удара.

– Теперь ты точно умрёшь, – Виктор злобно улыбнулся.