Поджигатели. Мюнхенский сговор

Как член французской военной миссии, прикомандированный к Вацлавскому заводу, Гарро располагал данными, которых не было и не будет в печати.

– Я заехал к вам, – сказал он, – с совершенно мирными намерениями: вы обещали отвезти меня в Либерец, на демонстрацию независимости.

– Сейчас сговорюсь с Мартой, послезавтра мы едем, – отозвался Ярош.

– Стоит ли? – с сомнением произнес Луи. – Граница, немцы…

Но Ярош уже не слушал, он бежал к дому. Одним прыжком взлетел на веранду и уже открыл было рот, намереваясь позвать Марту, но слова замерли у него на устах: развалившись в шезлонге, перед ним сидел Штризе с книгой в руках.

Оживление Яроша погасло.

– Где Марта?

Пауль подвинул ему кресло.

– Садись…

– Мне нужна Марта.

Штризе отбросил книгу и поднялся.

– Ты не можешь ее видеть.

Не сдерживая себя, Ярош крикнул:

– На этот счет меня интересует мнение Марты, а не твое!

Он шагнул к двери, ведущей в дом, но Штризе загородил ему путь.

– Ты не можешь ее видеть, – повторил он.

Яроша одолевало желание ударить его.

– Сойди в сад!..

Пауль с усмешкой пожал плечами.

– Тебе действительно лучше сойти и… больше никогда сюда не подниматься.

Не помня себя, Ярош бросился к Паулю и поднял руку. Он не заметил, как Штризе сунул руку в карман и на его пальцах блеснула сталь кастета.

Дверь за их спинами распахнулась, и на балкон выбежала Марта. Она в испуге остановилась между молодыми людьми. Оба сразу, как по команде, приняли, насколько могли, непринужденный вид.

– Я к тебе. Послезавтра мы едем в Либерец.

Штризе не дал ему договорить:

– Марта не поедет! – И добавил, стараясь придать своим словам как можно более обидную окраску: – С тобой она никуда не поедет!

Гнев снова залил сознание Яроша. Он шагнул к Штризе, но Марта загородила Пауля собою.

– Ты с ума сошел!

– Ты дала ему право распоряжаться собой?

Марта покраснела и опустила голову.

– Уйти?

Она продолжала стоять с опущенной головой и молчала.

Ярош медленно повернулся и, шаг за шагом, спустился по ступеням веранды. Отойдя немного, он приостановился в раздумье, но удержался от желания обернуться и, подняв голову, быстро пошел, глядя прямо перед собой.

Марта так и стояла с опущенной головой. Слезы стекали по ее подбородку, и темные пятнышки отмечали их падение на полотне блузки.