Поджигатели. Мюнхенский сговор

– И на пивной Неруды и на колбасной Войтишека тоже.

– Негодяи!

– В этом, конечно, нет ничего неожиданного, но странно: полиция не позволила нам сорвать эти плакаты!

– Наши полицейские? Они не позволили?.. Казалось, Ярошу не хватало воздуха.

– Говорят, чехословацкое правительство обещало Англии не давать немцам никаких предлогов…

– Предлоги! – воскликнул Ярош. – Это называется у них предлогами! Когда с нас будут стаскивать рубашку, когда нас будут бить сапогами по животу, мы тоже будем избегать предлогов?

– Еще год таких порядков – и немцы будут чувствовать себя тут, как дома, – пожимая плечами, сказал Даррак.

– Год?! – Ярош расхохотался. – Это случится через месяц! Не больше, чем через месяц, Пауль Штризе будет бить чехов по морде только за то, что они чехи. И его нужно будет называть господином штурмбаннфюрером… через месяц!

Он в бешенстве отшвырнул ракетку, порывисто поднялся и пошел прочь.

– Ярош – крикнула Марта. – Ярош!..

Ярош не обернулся.

– Он невыносим! – сказала Марта, стараясь казаться рассерженной, но в действительности едва сдерживая слезы.

Луи пожал плечами:

– Он не может не принимать это близко к сердцу.

– Я поверю чему угодно, – в отчаянии воскликнула девушка: – тому, что Гитлер хочет проглотить наши Судеты, даже тому, что говорят, будто он хочет пробить себе сквозь Чехию дорогу на юг, к Балканам, но этим глупостям насчет уничтожения славян поверить нельзя, нельзя!

– У хенлейновцев уже заготовлены списки тех, кто должен будет покинуть завод.

– Когда?

– Как только придут немцы.

– Я вас не понимаю!

– Тут не останется чехов.

– Какие глупости! – Марта пренебрежительно пожала плечами.

Быстро собрав ракетки и мячи, она пошла к дому.

Луи молча глядел ей вслед.

Когда фигура девушки скрылась между деревьями, Луи вышел с корта и медленно побрел в глубину парка. Он долго шел, задумавшись, когда вдруг увидел среди деревьев сидящего на земле Яроша.

Ярош молча указал в сторону запада, где над синими силуэтами гор еще пылало зарево заката.

– Да, – сказал Луи, – как пожар!

– Он идет на Чехию, – негромко проговорил Ярош.

– Кто его остановит?

– Если нужно будет – мы, грудью! – Ярош вскинул голову. Его голос звучал твердо. – Мы зальем его своей кровью!

– Своей кровью? – В ласковых больших глазах Луи блеснул гнев.