И полвека в придачу

 – Сквозь гул разговоров послышался кашель – сидевший на соседнем стуле маленький толстяк попытался привлечь его внимание. – Простите, сэр, мне показалось, вы тоже удивлены. И у вас вызывает недоумение диссонанс в названии и оформлении зала?

– Что? – с непониманием спросил Дайсон и невольно оглядел помещение придирчивым взглядом, словно был покупателем, которому пытаются втюхать совсем ненужную недвижимость.

Он чуть заметно скривил губы. Да, совсем не его викторианское поместье в Кенсингтон-Палас в Лондоне.

– Зал называется Голубым, но архитектору так понравилась шершавая фактурность кирпича, что он передумал красить стены, как планировалось изначально, – с умным видом произнес сосед, поправив на мясистом носу круглые, с золотой оправой очки.

– Да, действительно несоответствие, – усмехнулся Дайсон, глядя на красно-рыжие стены. – Я, если честно, даже внимания не обратил.

– Меня зовут профессор Клаус Келер.

Толстяк протянул руку, и его пухлая ладонь потонула в огромной пятерне Дайсона.

– Келер… Келер… Нейрохирург? Вы писали мне несколько дней назад.

– Очень лестно, что запомнили меня, сэр Роберт. И каково ваше мнение?

Дайсон окинул собеседника изучающим взглядом. Скользкий тип. Нет, пожалуй, с таким дел иметь не стоит.

– Мои специалисты тщательно изучат ваше предложение и пришлют официальный ответ, – произнес он сухим тоном.

– Надеюсь, они его правильно оценят. – Келер слегка ослабил бабочку, из-за которой ворот его рубашки впился в жирную вспотевшую шею. – А ведь я ваш давний поклонник.

– В самом деле?

– Считаю, в ближайшее время и вас не обойдет Нобелевская премия.

Дайсон изобразил гримасу удивления.

– Помилуйте, ведь я даже не ученый.

– Еще какой! Не каждому удается столько лет продержаться в десятке Форбса. Для этого нужно иметь талант и недюжинный интеллект.

– Вы полагаете?

– Вне всякого сомнения! Не зря же Елизавета присвоила вам титул за достижения в экономике.

Дайсон скривил губы. Еще один пронырливый льстец. Эх, если б знать, что принесет это «ближайшее время». Или лучше не знать? Его время стремительно неслось к концу, и что-то изменить не в силах ни этот льстец, ни Голубой зал, ни даже Нобелевская премия.

…Десять дней назад сэра Роберта срочно пригласил лечащий врач Томас Мак-Грегор.