КНДР. Жизнь в тисках

Но, просить прощение уже было не у кого, отца больше нет, а это означает, что она осталась без родственников одна в этом мире. И лишь, крепкое плечо Билла, не давало ей окончательно повязнуть в размышлениях об одиночестве.

– Любимая ты как? – Билл обнял, и прижал Сабрину к своей груди.

– Не знаю, – все также, смотря, куда-то, в пустоту, ответила она.

– Ты хочешь тут остаться, или поедим домой?

– Знаешь, – задумчиво ответила она, совершенно не обращая внимания на его вопрос. – А ведь отец мне что-то хотел сказать, что-то очень важное, он говорил, что это был секрет.

– А он не говорил про что, или на какую тему?

– Сказал лишь, что очень долго хранил его в себе, и обязательно должен поделиться им со мной.

– Даже не представляю. Я, к сожалению мало его знал, ты же знаешь.

– Это понятно. Когда я вчера прибиралась тут в квартире, то искала какую-то подсказку в раскрытии этой тайны, но все безуспешно. Наверно действительно он хранил ее только у себя в голове.

– Давай подумаем об этом еще потом, а сейчас поехали домой, любимая. Сегодня был очень тяжелый день для тебя.

– И для тебя тоже. Спасибо тебе, любимый мой. – она потянулась к Биллу и нежно поцеловала его в губы. – Я очень благодарна тебе за всю твою помощь, и главное за то, что ты рядом, и за то, что ты есть у меня.

– Мы всегда будем вместе, я никогда тебя не брошу. – Билл так же ответил поцелуем.

– Ладно. Наверное, ты прав. Поехали домой, я ужасно устала и хочу спать.

– Правильное решение. – Бил взял за руки Сабрину и помог ей подняться с дивана вместе с ним, после чего крепко обнял, и ещё раз поцеловал.

Уже сидя в машине по дороге домой, Сабрина наблюдала из-за окна автомобиля, пролетающие мимо огни ночного Нью-Йорка, который завораживал и призывал задуматься каждого о своем. Ее мысли переключились на поездку в КНДР, которая просто обязана осуществиться к концу этой недели. Сабрина сможет доказать всем, что она одна из самых лучших в своей профессии, и ещё, чтобы ее отец гордился ею на небесах.

Глава 4

Город Нью-Йорк, международный аэропорт Джона Кеннеди.

– Сабрина, может, все-таки передумаешь? – не теряя надежды, спросил Билл.

– Билл.