Потерявший

– Поделишься с нами, что известно? – Я переключил свое внимание с трупа на домашний интерьер.

– Пока ничего особенного. Мужские и женские следы подошвы, видимо, погибшей и ее мужа, а также «зеленого» полицейского, обнаружившего труп. Нет ни грязи, ни глины, ни песка, ничего, что может натолкнуть на какие-то мысли. Следов моющих средств тоже нет. К изучению тела я еще не приступал.

– Руфус?

– Да. – судмедэксперт встал. Он хотел сложить руки в перчатках на груди, но моментально вспомнил, что трогал тело, поэтому не стал ими пачкать свою одежду.

 – В общем, это точно убийство или самоубийство. В шее сквозное отверстие от выстрела. – Снова взглянув на тело, я увидел сквозь застывшую бурую кровь небольшую дыру. – Момент смерти точно определю после вскрытия, но пока, судя по цвету кожи и трупным пятнам на шее и затылке, он здесь красуется больше двух дней…

– Возле трупа лежит Рюгер, – прервав монолог Руфуса, Энди кивнул головой в сторону пистолета, – между прочим, самое популярное оружие для самообороны.

– Следов насилия на видимых частях тела нет, – продолжил Руфус, – кости черепа на ощупь целы, зубы целы, полость рта свободна.

– Жаль, психологическое насилие видимых следов не оставляет. – Снова вставил Энди, доставая маленькую лупу из чемоданчика.

Руфус не обратил внимание на очередную вставку Энди.

– Через пару часов мы с телом закончим, сопровожу его до морга, потом предоставлю полный отчет.

Я подошел к Хави поближе:

– Схожу поговорю с соседкой.

Выйдя на крыльцо, я увидел в соседнем доме пожилую женщину, которая испуганно выглядывала из-за приоткрытой входной двери.

Да, сразу понятно, кто вызвал полицию.

– Доброе утро, как вас зовут? Это вы обратились в полицию? – Спросил я, подходя к женщине.

– Здравствуйте, инспектор. Можете звать меня Ванесса Корнэ, да, это я вызвала. – Ответила она мне старческим голосом.

– Почему вы решили, что что-то случилось? – Достав блокнот из внутреннего кармана пиджака, я начал записывать слова женщины.

– Знаете, – Ванесса получше закуталась в свою шерстяную кофту, – я состояла в хороших отношениях с Эммой.

Мы виделись почти каждый день, иногда просто пересекались возле дома, иногда разговаривали, бывало, вечера вместе проводили, приятной она была женщиной…

– Была? С чего вы взяли, что Эмма Фоснер мертва? – Спросил я.

– Сынок, да тут и так все видно, полиция, много людей, да и холодно сегодня как-то…

Ох уж эти старушки, которые, на удивление, всегда все знают.