Дневники Пирамиды

– Вот так, он очень старый и может растаять, как прогоревший лист бумаги, стоит только прикоснуться к нему.

С этими словами он вытащил ещё один свёрток и извлёк оттуда целую кучу древних свитков, часть из них была обгоревшей по краям, в некоторых просто зияли дыры, то ли прогрызенные когда-то жучками, то ли истлевшие от времени.

Юрий Данилович жестом подозвал Викторию Альбертовну и попросил прикоснуться к свитку.

– Смотри внимательно, – сказал он мне.

Она аккуратно дотронулась до одного из свитков указательным пальцем.

И вдруг по папирусу пробежала мелкая дрожь, как по поверхности гладкой воды, кругами расходясь от места прикосновения. Ткань в месте прикосновения поблекла, сделалась прозрачной, и исчезла, образовав на его боку очередную дырку диаметром в пару сантиметров.

– Ух ты, вот это да! – у меня аж глаза загорелись от любопытства, – А можно мне?

Юрий Данилович кивнул, а Виктория Альбертовна улыбнулась, подбадривая меня.

Я протянул руку к таинственному свитку и прикоснулся к нему… Но ничего не произошло.

Я отдёрнул руку и смущённо посмотрел на археолога, потом на директрису. Казалось, они были удивлены не меньше моего.

– Возьми его, – попросил Юрий Данилович.

Я осторожно подцепил свиток двумя пальцами. От волнения пальцы мои дрожали, и я выронил ценный артефакт. Тот покатился по столу и упал на пол, разваливаясь на части. Я поспешил собрать их с полу, но не успел даже дотронуться, как кусочки папируса сами собой истлели, не оставив и следа. Я в ужасе наблюдал за происходящим, боясь поднять голову и посмотреть на своих визави.

– Это нормально, – проронил археолог, – не пугайся, Ваня, возьми лучше другой свиток.

Чувствуя, как на лбу выступает холодный пот, я решительно протянул руку и сжал в ладони второй артефакт. Папирус смялся, но и только.

Юрий Данилович и Виктория Альбертовна переглянулись.

– Покажи, – попросил он.

Я раскрыл ладонь. Помятый и изломанный в трёх местах свиток с раскрошившимися краями лежал у меня на ладони, как ни в чём не бывало.

– Вот это да, – сказал учёный и почесал макушку, – интересно.

– Но он даже не посвящённый, – воскликнула директриса, картинно всплеснув руками. На лице её отразилось неподдельное возмущение.

– Кто он? – тупо спросил я.

Вместо ответа Юрий Данилович попросил:

– Ваня, брось-ка мелкий кусочек на стол, вот этот, который с краю.

Я послушно отделил мелкий отвалившийся кусок пергамента на своей ладони и уронил его на стол.