Вырваться с войны. Сломанные судьбы

– Что? Вы спелись, что ли, голубки? Так вот почему вас вечно Серго вдвоём оставлял, чтобы мы вам не мешали своим присутствием! – Коля засмеялся, как будто только что выдал самую смешную шутку в жизни.

Виктор ничуть не смутился, Настя недовольно посмотрела на него, раздув щёки. Её широкий короткий ирокез распушился, словно капюшон у кобры, а на выбритых боках черепа будто поднялись мурашки, как иголки у ежа, что готов был атаковать в любой момент.

– Коля, хватит бесить снайпера и пулемётчика, а то последнее воспоминание о тебе будет твой дурной тон, – Вежливо, но настойчиво сказал Серго, сверля взглядом нерадивого соратника.

– Ладно, ладно, – утирая слёзы смеха, ответил Коля, – не подумайте плохого, просто я так давно мечтал отсюда свалить. Засыпал и видел этот день. Каждый раз я смотрел его во сне и рвал подушку, чтобы он быстрее наступил. А теперь так и есть! Я еду домой! И не голодранцем, как раньше, а с деньгами! Наконец, я смогу начать жить нормальной, человеческой жизнью, а не будучи чёртовым нищим контрактником-миротворцем, где за белые надписи на жилете тебя сначала пропускают, а потом начинают лупить по тебе из машин и деревянных халуп с автоматов и подствольных гранатомётов!

– Да, совсем другое дело здесь.

Настоящий курорт, отдыхай – не хочу, – Иронично сказал Никита, помешивая зубочисткой только что налитый в стакан алкоголь.

– Что случилось? Ты какой-то сегодня хмурый: В патруле молчал, на брифинге тоже каким-то отрешённым был, а теперь здесь холеришь.

Что-то произошло? – Серго посмотрел на подчинённого и начал поглаживать трёхдневную щетину на подбородке. Никита тяжело выдохнул.

– Из дома нерадостные новости, только и всего…

– Что случилось? – Спросил Толик, повернувшись к соседу по столу и вглядываясь в лицо коллеги.

– Да… Вчера с отцом по телефону разговаривал… Сестре всё хуже и хуже, лекарства больше не помогают, химиотерапия перестала лечить, а теперь только замедляет распространение болезни… Врачи говорят, что если в ближайшие несколько месяцев не начать вкалывать те дорогостоящие лекарства… Как их…«Типолин»…«Тапилин»…

– «Теомаликсин» – Поправил его Толик.

 – Ты тогда говорил, что врачи просто хотят набить цену за лечение.

– Да, именно оно, – Сказал Никита, посмотрев на соседа и снова устремив взгляд в стакан. – Так вот, если не колоть «Теомаксилин» и не начать новый этап химиотерапии, то ей останется лишь полгода.