Война мага. Том 2. Миттельшпиль

Так что ты всё-таки задумал, а, брат?

– В общем, рутина, – признался Хедин. – Ты знаешь, я по мере сил стараюсь не давать разрастаться всяким культам, почитающим ту тёплую компанию с именами на «Я», с которой у нас в своё время вышел небольшой диспут. И, как ты тоже знаешь, с некоторых пор я стал ощущать противодействие, малозаметное, но упорное. Словно кто-то помогал разрозненным пророкам, властителям и мессиям.

– Чего ж тут хитрого? Та самая компания на «Я» и помогала! – безапелляционно заявил Ракот.

– Если бы, – саркастически заметил Хедин.

– Значит, помогают, но не своими руками! – Бывшего Властителя Тьмы было не так-то легко сбить с толку.

– Вот эти-то «руки» меня и интересуют, – процедил Хедин. – Помнишь Оаннэ?

– Мир на Пути у козлоногих? Спрашиваешь… – Губы Ракота растянулись в хищной улыбке. – Славное было время. Отвёл душу, что называется…

– Не то ты помнишь, – хмыкнул Хедин.

– Как головы им рубил – прекрасно помню, – отшутился Ракот. – А что ещё я должен помнить об этих колдунишках?

– То, что они хотели сделать – загнать всех и вся в своём мире на алтари козлоногих. Помнишь?

– За кого ты меня принимаешь? – Ракот сбросил шутовскую маску туповатого варвара-наёмника. – Конечно, помню. И помню, что мы с тобой как раз и обсуждали, – не могли ли Молодые как-то стакнуться с козлоногими, раз уж последние, как оказалось, не обделены ни умом, ни хитростью…

– Всё верно.

– Он – нет. А его слуги?

– Они – да, – признал Хедин. – Но кого им по силам обмануть? Именно что каких-то третьеразрядных колдунишек, пообещав им тривиальное могущество, богатство и под конец – благополучное спасение из обречённого мира. Мелких чародеев, никак не богов, пусть даже и бывших. С победой Неназываемого Ямерту и иже с ним бежать станет некуда.

– Может, он верит, что Путь – это самый безопасный способ избавиться от Неназываемого?

– Я придерживаюсь лучшего мнения о Ямерте, – фыркнул Хедин. – Он-то прекрасно понимает, что в тот миг, когда Путь достигнет… достигнет цели, наше Упорядоченное, как вода в трюмную пробоину, ринется следом. Миры столкнутся и испарятся, соприкосновение с тканью того континуума, откуда пришла эта тварь, гибельно для любой материи из-под рук нашего Творца.